— Так его звали? Что ж, это не имеет значения. С помощью его тела я основал нынешний Андрас, создав систему, почитающую ауру. Поначалу я собирался заняться этим на востоке, но кое-кто опередил меня.
— Ах… — пробормотал Теодор, — Ласт…
— Значит, ты тоже в курсе. Что ж, ты, наверное, уже догадался, брат? Пользователи ауры могут подняться лишь до определенного уровня, но для дальнейшего развития им нужно убивать других. Другими словами, их прогресс обусловлен битвами и войнами.
— … Мелтор.
— Верно. Империя мечей против королевства магов. Два государства, опирающиеся на две противоборствующие друг с другом силы, стали для меня прекрасной питательной средой. Люди глупы. Достаточно лишь немного подлить масла в огонь, чтобы они бросались убивать друг друга, помогая мне достичь своей цели. Ху-ху-ху, какие же люди всё-таки прекрасные создания.
Тот факт, что король, создавший великую империю на ровном месте, был гримуаром, означал, что Парагранум, который помог создать Мелтор, также был в этом как-то замешан.
Постепенно части головоломки начинали складываться воедино.
Гримуарам было абсолютно наплевать на человеческую этику и мораль. Они совершали как добро, так и зло исключительно во имя достижения целей своего существования. У двух гримуаров были свои собственные интересы, но благодаря их сотрудничеству была написана история целого континента.
Так появился титан, так были созданы Башни Магии, которые впоследствии стали основой магического королевства, и так раз за разом заключались соглашения о перемирии.
За последние 500 лет погибло более 10 миллионов человек, однако эти два гримуара не чувствовали за собой никакой вины. Они не жалели ни о чем, что помогало приблизиться к их конечным целям.
— прошептала Глаттони.
Выслушав простое пояснение Глаттони, Теодор невольно сжал кулаки.
Если Инвидия умела красть способности, это означало, что все способности мастеров меча, которые существовали за многолетнюю историю Империи Андрас, были собраны в одном-единственном теле. Объединив в себе десятки способностей, Инвидия могла стать огромной угрозой.
Не все способности были такими же мощными, как «разрубание пространства», но Теодор не мог гарантировать, что в арсенале Инвидии нет ничего ещё более мощного.
Теодор не ощущал подавляющую силу, как в случае с Фафниром или Пустынио. Однако это не означало, что Инвидия была слабее, чем они. Предыдущие два дракона были настолько ошеломляющими, что это было похоже на созерцание необъятного небосвода, в то время как Инвидия представляла собой непроглядную бездну.
А бездна, как известно, могла быть бесконечно глубокой.
— принял решение Теодор, подавив свои эмоции.
— Хм, нехорошо, что мои слова слушают эти букашки. Мне нужно убрать их, после чего можно будет продолжить разговор.
А затем Инвидия без малейшего убийственного намерения взмахнула перед собой мечом.
Он попросту не мог отреагировать на это. Сенсорное восприятие Теодора закричало слишком поздно, но, к счастью, был человек, который успел предпринять контрмеры.
Дз-з-з-зы-ы-ы-н-н-нь!
Услышав резкий звон, Инвидия перевела взгляд в сторону. Теперь внимание гримуара было обращено не на Теодора Миллера, а на Бланделла Адрункуса.
— Хо-хо, ты заблокировал это. Ах, ведь владелец этой способности проиграл тебе, не правда ли, Мастер Синей Башни?
— Не думал, что когда-нибудь снова увижу эту способность, кхе-кхе, — произнес Бланделл, после чего с его губ сорвалось несколько капель крови, — Но ты нанёс моей жизни ещё больший урон, император.— Что ж, это так. Твои чары являются естественной преградой для этой способности. Но мне интересно, как человек на 8-ом Круге может использовать Остановку Времени? Не за счёт ли своей собственной жизни?
