Я отрешенно наблюдала за мужчинами, чувствуя растущее раздражение из-за ситуации в целом и злясь на каждого участника спора по отдельности. Ждала, когда хоть до кого-то дойдет, что я тоже имею право голоса и сама могу ответить на большинство вопросов. Глубоко вздохнула, давая возможность своей волчьей половинке еще раз насладиться моим личным дурманом, однако на этот раз Бет не отреагировала на хвойно-малиновый вихрь. Она как будто спала. Странно. Немного кружилась голова, в теле чувствовалась слабость. Не придала этому значения, сейчас нужно было обозначить свою позицию всем присутствующим. И есть надежда, что я не попаду в беду, пока они будут спорить и выяснять отношения. Я прокашлялась. Мужчины резко посмотрели на меня, и я, воспользовавшись всеобщим вниманием, решительно произнесла:
— Я родилась в Крайде, меня зовут Элизабет Веррона, дочь герцога Веррона. Сейчас я проявленный маг жизни и хочу сама решать свою судьбу, — мой голос на минуту обрел твердость. — Я прошу вас прекратить спорить, так как замуж я выходить не собираюсь… — больше ничего я сказать не смогла. Внутри все скрутило судорогой, я лишилась воздуха и возможности вздохнуть. Почувствовала, как стремительно приближается пол бального зала, но кто-то ловит меня в свои сильные руки, прижимает к груди и кричит: «Лекаря!».
Сознание я не потеряла, а как будто находилась между сном и явью, при этом очень четко слышала все, что происходит вокруг. Меня нес Роксвел, тепло его рук я чувствовала сквозь все многочисленные слои одежды. Кажется, я зря собиралась на бал целый день, никто не восхитится моим серебряным платьем и не оценит утонченности созданного образа. Интересно, Дарен заметил изменения во мне? Я показалась ему красивой? Тьма, о чем я думаю? Я застонала от собственной глупости.
— Лиза, что? Больно? Потерпи, моя девочка. Сейчас лекарь тебя осмотрит. Все будет хорошо, — словно мантру твердил Дарен.
Он принес меня в какую-то комнату, положил на диван, однако руку не отпускал. Я не могла пошевелиться и открыть глаза, но боли не было. Поэтому тихо радовалась близости оборотня и не хотела, чтобы он уходил.
В помещение ворвался голос Карвиша:
— Быстрее, господин Лиман. Айсе Маргарет... Элизабет… Айсе вдруг стало плохо.
— Прошу всех отойти. Диагностика требует тишины и уединения, — раздался мужской голос. Я попыталась принюхаться, но вдруг поняла, что не могу разбудить волчьи инстинкты. Внутри была пустота. Полная. Как будто часть меня просто исчезла. Стало страшно.
— Ну-ну, милая айса, не надо так волноваться. Я чувствую, как стучит ваше сердце, — приговаривал лекарь, положив мне руку на грудь. — Сейчас мы все решим. Сам король Айдин приказал поднять вас на ноги. А с ним не шутят.
Наступила тишина, в которой иногда от лекаря слышалось «так-так-так» и «ах, вот оно что». Мне даже показалось, что все ушли, когда вдруг тишину взорвал нетерпеливый рык Роксвела:
— Что с ней, вы можете сказать?
— Я вижу внешнее вмешательство. Кто-то перекрыл ее энергетические потоки в попытке сломать. Странное покушение, но что есть, — ответил Лиман.
— Попытка убить? — взревел Карвиш.
— Что у вас тут происходит? Это так вы защищаете тех, кого опекаете, асури? — Роксвел срывался, в голосе слышны были звериные ноты.
— От вас она вообще сбежала на край света, — по-детски огрызнувшись, не остался в долгу ширтадец.
— Успокойтесь! — крик лекаря. — Ваши вопли только пугают ее. Покушение не удалось, я смогу вернуть все на место. Айса оказалась сильной девушкой. Думаю, заклинание делали на какой-то личной вещи и имени. Это ведьмовское колдовство. Сейчас есть шанс отыскать ведьму, которая это сотворила, поэтому времени терять нельзя.
— Имени? — задумчиво произнес Карвиш, а Дарен подхватил:
— Но ее настоящее имя никто не знал…
— Хм, так вот почему результат такой неоднозначный, — предположил лекарь. — Что ж, тем лучше. Ведьмы не работают с чистой энергией, это всегда что-то осязаемое — зелье или амулет. Нужно избавить айсу от всего, что на ней надето, чтобы пресечь поступление яда. И заодно отдать платье в службу безопасности: там работают маги, которые умеют считывать следы подобных вмешательств.
— Я позову служанку, она поможет с одеждой, — уже спокойнее сказал Карвиш.
Все вышли, и через несколько минут я почувствовала, как с меня снимают одежду и укрывают покрывалом. После этого в комнату вернулся только лекарь. Попытка Максура и Дарена прорваться провалилась, так как Лиман сказал твердое «нет».
Лекарь влил мне в рот какую-то жидкость, и я закашлялась. Однако почти сразу почувствовала теплую волну, распространяющуюся от головы к ногам и обратно. Постепенно тепло стало жаром, а я почувствовала раздражение. Эмоция была не моя: вернулась Бет, и она недовольна тем, что нас заставляют пить травяную гадость. Я снова чувствовала себя полноценной, однако насладиться этим я не успела: Лиман совершил еще какие-то манипуляции, и я погрузилась в сон.