Наложница Цао взяла все в свои руки, чтобы прекратить возникшую суматоху. Сначала она отправила евнуха сообщить радостную весть императору, а потом велела позвать личных служанок Мэйчжуан, Байлин и Цайюэ, чтобы им рассказали, как правильно ухаживать за беременными. Столь радостное событие произошло настолько неожиданно, что в Тайпине началась настоящая неразбериха, все куда-то бежали, суетились, торопились.
В это время Сюаньлин отдыхал у наложницы Цинь, а императрица уже готовилась ко сну. Как только императору сообщили о беременности Мэйчжуан, он первым делом велел передать, что ей запрещено вставать с постели, и сам поспешил в корпус Яньюй вслед за убежавшим евнухом.
Мэйчжуан полулежала на кровати жунхуа Цао, прикрытая легким и мягким покрывалом из парчи. Она и радовалась, и смущалась одновременно. Я сидела рядом с ней и старалась ее успокоить, хотя у самой на душе кошки скребли. Мне казалось, что этим вечером происходит что-то странное, но я никак не могла понять, что именно не нравилось. В голове была полная неразбериха.
Я взглянула на лекаря, который сидел за столом и писал рецепт.
– Уважаемый, – окликнула я его, – что-то я тебя раньше не видела.
Лекарь поспешно встал, оправил одежду и вежливо ответил:
– Я лишь в прошлом месяце начал служить в Лекарском корпусе.
– А, понятно. – Я слегка приподняла брови и спросила: – А раньше где ты служил?
– Разрешите представиться. Меня зовут Лю Бэнь, и я родился в Цзичжоу. Пока я жил в родном городе, у меня была аптека. Я занимался медициной и помогал людям.
– О! – Мэйчжуан заинтересовал наш разговор. – Оказывается, ты мой земляк. Ты отлично умеешь проверять пульс.
– Я не заслужил вашей похвалы, госпожа. Боюсь, я не могу ее принять.
Пока мы разговаривали с лекарем, прибыли император и императрица.
Сюаньлин был удивлен, но очень счастлив. Ему уже было двадцать шесть, но он все еще не обзавелся большим потомством. Поэтому он так обрадовался вести о беременности Мэйчжуан. Он подошел к кровати, склонился над покрасневшей девушкой и спросил:
– Пинь Хуэй, это правда?
Императрица перебросилась с наложницей Цао парой фраз и тоже подошла к Мэйчжуан.
– Ты уверена, что беременна? – строго спросила она.
– Если так говорят старшие сестры, которые уже рожали, то, наверное, так и есть, – смущенно ответила Мэйчжуан.
Императрица прошептала что-то своей служанке, та убежала и вернулась с темно-красной книгой, украшенной золотым тиснением. Я поняла, что Ее Величество хочет проверить «Красные хроники» [130]. И правда, она перелистнула пару страниц, и увиденное ее явно порадовало, потому что она улыбнулась. Императрица протянула книгу императору. Сюаньлин быстро заглянул в книгу, а потом посмотрел на Мэйчжуан.
– Лунный прилив задерживается уже больше чем на полмесяца, – сказал он с улыбкой.
Императрица кивнула и громко спросила:
– Где личные служанки пинь Хуэй? Позовите их!
Цайюэ и Байлин, которые ждали снаружи, испугались, услышав грозный голос императрицы, но тут же вошли в спальню и опустились на колени.
Речь шла об отпрыске императора, поэтому императрица не могла сохранить свое обычное спокойствие. Ее доброе лицо омрачила тень беспокойства. Она велела служанкам встать и сказала:
– Раз вы двое личные служанки пинь Хуэй, то и дальше о ней будете заботиться именно вы. Помните, что она теперь беременна, поэтому за ней надо ухаживать тщательнее прежнего. Также вы должны каждый день докладывать мне о том, как прошел день вашей хозяйки.
Байлин и Цайюэ поклонились.
Сюаньлин сидел около кровати и держал Мэйчжуан за руку, что-то нашептывая. Блики от пляшущих огоньков свечей падали на ее белоснежные пухлые щечки, окрашенные смущенным румянцем, и казалось, что она и сама светится из-за переполнявшего ее счастья.
– Беременность пинь Хуэй – важное событие для всего дворца, – сказала императрица. – Нам всем необходимо быть осторожнее и ухаживать за ней надлежащим образом. Я знаю, что среди лекарей лучше всех в женских делах разбирается Цзян Муян. Именно он ухаживал за нашими тремя сестрами, когда они вынашивали детей. Думаю, он самый подходящий человек, чтобы следить за здоровьем наложницы Хуэй.
– Простите, – в разговор вмешалась гуйпинь Синь. – Но лекарь Цзян уехал домой на похороны, а потом у него начинается траур [131], поэтому он не сможет ухаживать за пинь Хуэй.
Мэйчжуан сначала расстроилась и нахмурилась, но потом она чуть слышно ахнула, словно вспомнила о чем-то, и сказала:
– Меня же осматривал лекарь Лю Бэнь, он с недавнего времени служит в Лекарском корпусе. Мне показалось, что он неплохой врач, к тому же мы с ним из одного города. Может, позволить ему ухаживать за мной?
– Хорошо. – Императрица не имела ничего против. – Но помни, что тебе надо быть очень осторожной, потому что плоду чуть больше месяца. Мы же не хотим неприятных неожиданностей? – Потом государыня повернулась ко мне: – Я знаю, что вы двое как родные сестры, поэтому ты должна присматривать за пинь Хуэй.
Я почтительно поклонилась.
