– Уже утро? – спросила Форнида.
– Светает.
– О Крэн и Аэрта! Ты выспалась?
Майя с досадой покачала головой:
– Выспишься тут…
– Да, правду говорят, я никому спать не даю, – улыбнулась Форнида. – Ненавижу сон, только время зря терять.
Она встала с постели и, переступив через безмятежно спящих детей, подошла к окну и распахнула ставни. Солнечные лучи осветили пламя ее волос и бледную кожу.
– Светает… – Она зябко поежилась. – Холодно.
Майя, решив, что сейчас самое время доказать свое желание и умение, призывно раскинула руки:
– Поцелуй меня, Фолда…
Благая владычица задула светильник, улеглась рядом с Майей и обхватила ее лицо ладонями.
– Когда я тебя увидела на озере, ты мне очень понравилась. Красивее девушки во всей империи не найдешь.
Майя промолчала, ожидая, что еще скажет Форнида.
– Послушай, дитя мое, когда в человеке привлекает только внешность, а любви к нему не испытываешь, то удовольствие получаешь лишь в том случае, если обоим нравится одно и то же. Ты красива, будто кувшинка в пруду, но мои постельные утехи тебе не по нраву, верно?
Майя снова ничего не ответила.
– Пощекотать любой может, даже ребенок, но от тебя я ждала большего, – продолжила Форнида. – Увы, похоже, к моим усладам ты равнодушна… нет, пожалуй, ты находишь их омерзительными. Нет, не возражай, я же вижу. – Она больно ущипнула Майин сосок. – Я надеялась, Сенчо тебя развратил… Да ты и сама думала, что он тебя развратил, не отпирайся. Только этого не случилось. Я сама развратна и очень хорошо это понимаю. В тебе нет ни капли жестокости. Уж не знаю почему, но так уж вышло, что ты осталась… порядочной, – с отвращением произнесла она. – Так всю жизнь и проведешь порядочной, пока в один прекрасный день не превратишься в тупую корову. Если доживешь, конечно.
– Я очень старалась, Фолда, – промолвила Майя.
– Да, я знаю. Но я говорю о естественных наклонностях… у тебя их просто нет.
– Ну, для такого… – Майя осеклась и признала: – Нет.
– Обычно я избавляюсь от тех, кто мне не подходит, – помолчав, сказала Форнида.
Майя похолодела:
– Как?
– Видишь ли, я не люблю, когда о благой владычице слухи распускают. Ни к чему это. Вдобавок так даже веселее. Конечно, человека всегда можно в Зерай отправить, но иногда требуются более действенные меры.
Майя вцепилась в Форниду и зарыдала:
– Ох, эста-сайет, простите меня! Я не хотела…
– Молчи, детей разбудишь! – велела благая владычица. – Я с тобой ничего не сделаю. Вдобавок ты Кембри понадобилась, и я знаю зачем. Мне понятен его замысел, и я с ним согласна. Байуб-Оталь очень опасен, но раз уж ты ему приглянулась, может быть, у тебя и получится.
– Ах, Фолда, спасибо! Простите, что я…
– По-твоему, это богохульство? – неожиданно спросила Форнида, до боли впиваясь ногтями в запястья Майи.
– Нет, нет! Я не говорила…
– Зато подумала, что осквернила благую владычицу? Верно ведь?
Майя не стала отпираться; она действительно так считала – с того самого мига, как поняла, что не доставляет наслаждения благой владычице. Тикки заворочался во сне, и Форнида отвернулась. Тут Майю неожиданно осенило, каким образом можно спасти Оккулу от пыток.
– Фолда, умоляю, не гневайтесь. Я знаю, кто вам нужен! У меня есть подруга, она вам понравится, вот увидите. Вы просто созданы друг для друга…
– Майя, ну какая же ты глупенькая! Даже я не могу без причины отобрать у кого-то приглянувшуюся мне невольницу. Вдобавок мои утехи должны оставаться в тайне, ведь благая владычица безупречна.
– Да, я понимаю, – торопливо закивала Майя. – Но как раз эта рабыня принадлежит вам, эста-сайет. Она сейчас в храме Крэна – моя подруга Оккула. Она Сенчо не убивала, честное слово. И про заговор ничего не знает, иначе бы мне сказала.
– Та самая чернокожая невольница, которая Сенчо на праздник сопровождала?
– Да, эста-сайет. Вот увидите, она как раз то, что вам нужно!
– Правда? Откуда ты знаешь?
– Ну, мы же вместе у Сенчо были, я очень хорошо знаю, что ей нравится.
– Понятно… – задумчиво произнесла Форнида. – Значит, по-твоему, она в его убийстве не замешана?
– Нет, конечно, эста-сайет.
– Ах, какая жалость! – неожиданно воскликнула Форнида. – Ну да ладно, Сенчо и так зажился, толку от него не было. Может, я сама его убила? – Она снова рассмеялась. – А зря… Что ж, сейчас придумаем, что делать. Пожалуй, следует отправить весточку верховному жрецу, объяснить, что я тебя возвращаю Кембри, и потребовать, чтобы мне прислали твою Оккулу. После завтрака Ашактиса тебя в храм отведет и вернется домой с Оккулой. Только запомни, Майя, если хоть слово о прошлой ночи промолвишь, висеть тебе вниз головой у дороги. Понятно? А теперь пора купаться. Надеюсь, дильгайская невольница воду уже согрела, иначе выпорю ее вместе с псарем.
