– Никогда не чувствовал себя таким счастливым, – прошептал Митя. – Но, может быть, нам это все лишь снится – и вот сейчас мы проснемся, и все исчезнет?
– Наоборот, мы уже проснулись, – сказала Анна, крепко сжимая его руку в своей горячей руке, – мы проснулись – и наше счастье останется с нами на веки вечные.
– Смотрите, смотрите – он просыпается! Он приходит в себя!
– Чепуха. Быть не может. Доктор Цзянь Куй сказал, что процесс необратим – и он никогда не выйдет из комы.
– Что он понимает, этот китаеза… Да ты глянь – у него веки дрогнули!
– Не морочь мне голову, мама. Доктор Цзянь Куй лучший специалист в нашей зоне по мозговым расстройствам кровообращения.
– Ты-то откуда знаешь?
– Уж знаю, поверь мне.
– А что это ты вдруг покраснела? А?! «Лучший специалист»… Всё понятно, какой он специалист. По чужим русским бабам специалист. И ты – хороша-а. При живом-то муже – путаешься с китайцем!
– А с кем же мне путаться, если русских нету?
– Как это – нету? Как – нету?
– А вот так – нету. Все вышли. А китайского доктора зря бранишь – если б не он, не его травы и компрессы – твой любимый зять давно бы сгнил. Столько лет провалялся пластом – и почти без пролежней… Это ж чудо! Китайское чудо!
– Все равно – грех: при муже – с другим…
– Ты мне что советуешь – лечь рядом с этой мумией? И подыхать вместе с ним?
– Как тебе не стыдно?! Хоть бы при сыне да при муже-то постыдилась так говорить!
– Сын давно взрослый, а муж – ни хрена не слышит, не соображает…
– Он твой муж! И ты должна…
– Ничего я ему не должна! Если б не он, давно бы сбежала в японскую зону… или в американскую… английский я мало-мало знаю, нашла бы себе работу…
– Ага! В солдатском борделе нашла б ты работу! У них там своих баб полно…
– Ты-то откуда знаешь, мама?
– По телику всё показывают и рассказывают…
– И ты веришь китайскому телику?
– А ты веришь своему китайскому хахалю?
– Ладно, мам, вы тут спорьте, а мне пора на службу.
– Давай, сынок. Служи. Не забудь потом Настю из садика забрать.
– Да уж как-нибудь не забуду. Пока! Цзай-цзянь!
– Цзай-хуй, сынок.
– Ты чего это, дура, сына родного материшь?
– Я сказала ему «до свиданья», мама. Пора бы уж и научиться. Не первый год в китайской зоне живем.
– Срамота. Хоть бы мужика своего постеснялась… Он же смотрит на тебя! Смотрит!
– Он живой труп. Ничего он не смотрит… Его мозги давно атрофировались! Столько лет пролежал тут как мумия, и еще сто лет пролежит… Он нас с тобой, мама, переживет – а что с него толку?
– Как тогда объяснить его завещание?
– Да это шутка была! Шутка! Выдумка! Он же у нас сочинитель… Сколько раз тебе объяснять, мама?
