Все это Мира могла понять. Дети болели, потому что такие условия и взрослые-то еле выносят, а уж расти при подобных обстоятельствах – наказание с самого рождения. Многие не решались обречь новое поколение на такую участь, что и обеспечивало низкую рождаемость. Так откуда же взялись эти? Женщины высших уровней бросились на амбразуру демографического кризиса? В этом Мира сильно сомневалась.
Пока она раздумывала, как это понимать, у нее появилась компания. Лейса она заметила не сразу – но и не в последний момент, он не умел двигаться так же быстро и тихо, как Гюрза или Сатурио Барретт. Впрочем, Лейс и не пытался к ней подкрасться, он кивнул ей, как только перехватил ее взгляд.
Они укрылись в бывшем техническом помещении: во времена ресторанов тут была то ли посудомойка, то ли утилизатор отходов. Теперь же получилась просто ниша, из которой оказалось относительно удобно наблюдать за школой.
Дети собрались внутри, новые не подходили, начались уроки… Снова эта неуместная земная норма! Мира поймала себя на мысли, что происходящее удивляет ее чуть ли не больше, чем криптиды.
– Как ты здесь оказался? – тихо спросила она, не глядя на своего спутника. – Разве ты не собирался помогать Виктору?
– Собирался, но потом… кое-кто меня переубедил. Я решил, что буду полезней здесь как разведчик.
Мира тоже так считала, ей идея идти и душить криптидов голыми руками, когда для такого есть роботы, сразу показалась дурацкой. Но она не собиралась спорить с Лейсом, изначально он был настроен решительно. Интересно, что заставило его передумать?
Хотя это можно обсудить и позже, пока же Миру больше интересовала школа.
– Ты понимаешь что-нибудь? Я имею в виду, эти дети… Зачем было создавать целое здание? Если они хотели дать им образование, можно было просто переделать залы, но эта иллюзия Земли…
– Мне кажется, это нечто большее, чем просто школа, – напряженно отозвался Лейс.
– Вот и я о том… Вполне возможно, что это старый добрый принцип «лучшее детям»: им хотя бы так хотели компенсировать то, чего они лишились, когда их родители улетели с Земли.
– Это не он. И это не школа. Это какой-то фарс.
– Почему ты так считаешь? Думаешь, у высших не может быть столько детей?
– Мне и думать об этом не надо, я знаю, что это не их дети.
– А чьи же?
– Наши.
Мира не выдержала, перевела на него растерянный взгляд:
– Наши – это чьи?
– Это дети четвертого уровня, – пояснил он. – Те самые, которых продавали в Лабиринт… Я, если честно, думал, что в Лабиринте они и оставались… Причем не живыми. Ты видела, что там и детям местных жителей тяжко приходится. Стали бы они покупать детей у тех, кого считают отбросами, чтобы обеспечить им нормальную жизнь!
Мира не стала уточнять, что же тогда могли сделать с детьми, она и так понимала, какие варианты обдумывал Лейс. Да и понятно, почему! Он жил бок о бок с убийцами и каннибалами, так что вряд ли он ждет от людей только добра и взаимовыручки!
Да и кто бы на его месте предположил, что детей покупают для участия в необъяснимом спектакле под названием «школа»?
Мира достала переносной сканер, настроила на восприятие радиации, направила в сторону здания. Результат не заставил себя долго ждать и был примерно таким, как она предполагала.
– Это действительно ваши дети, – признала Мира. – Они все родились после той бомбардировки… Остаточное облучение не грозит ни им, ни окружающим, от него просто никуда уже не деться, это как шрам. Но как ты узнал об этом? У тебя тоже сканер с собой?
– Нет, сканера у меня как раз нет. Я просто узнал этих детей.
– Разве их не младенцами продавали?
– Младенцами, – кивнул Лейс. – Но они выросли похожими на родителей, а их родителей я прекрасно знаю. Во всем этом нет смысла…
– На самом деле есть, просто мы его пока не знаем.
– Значит, узнаем, я просто так отсюда уходить не собираюсь.
Эта школа вроде как не имела отношения к руководству станции, так что, задерживаясь здесь, Мира нарушала приказ Сатурио. Ей следовало оставить тут Лейса и продолжить осмотр этажей. А она просто не могла… Да, о детях заботились, их охраняли, причем происходило все это много лет. Но Мира, как ни старалась, не могла понять, кому и зачем это понадобилось.
Появление чужаков и атака криптидов многое изменят на станции. Возможно, и весь этот проект со школой пересмотрят. А если движется он не к всеобщему благу, что на «Слепом Прометее» сомнительно, Мира хотела оказаться рядом в момент, когда еще можно помочь – даже если ради этого придется рискнуть и миссией, и жизнью.
Виктор понимал, что сейчас лучше всего сосредоточиться на работе – главная проблема еще не решена. Потому что если отвлечься и подумать о том, что произошло, снова поднимается волна бессильного гнева в груди, а это только отвлекает.
