Шукрия смотрела, как на погасший монитор капает кровь с ее лица. Она не знала, что стало причиной – очередная язва или лопнувший сосуд. Это не имело значения. Кровь превратилась в символ ее времени – заканчивалось то немногое, что было ей отмеряно. И теперь, когда стало ясно, что больше она не получит, свои последние дни Шукрия готовилась посвятить лишь одному: уничтожению всех высших, которых она сможет утащить вместе с собой в пустоту.
Каллисто сказала ему правду. Хотя сама она осознала, что это правда лишь после того, как слова прозвучали.
Она действительно готова была рискнуть жизнью. Не хотела этого, избежала бы, если бы оставался другой путь. Но в момент того разговора Каллисто четко поняла: она не готова и дальше ждать непонятно чего, зависнув в пустоте. Когда «Слепой Прометей» прекратил полет, ей казалось: это мало что изменит. Они ведь все остаются внутри станции, так какая разница, летит она куда-то или замерла на месте? Однако годы показали: разница есть, и она существенна.
Пока они двигались, их вела вперед мысль о полете. Они ждали чего-то… чего угодно! Они готовились к беде, они надеялись на чудо, но они в любом случае признавали за будущим возможность перемен.
Когда же «Слепой Прометей» остановился, они как будто застряли в болоте… там, где можно только тонуть. Они позабыли о движении и путешествии, сосредоточившись лишь на внутренних дрязгах и борьбе за власть. С годами это привело к деградации, даже если бы многие стали настаивать, что это не так.
Ну и что же им осталось теперь, что на горизонте их будущего? Дальнейшее ужесточение порядков по воле Чарльза Ллойда? Победа Наставника и превращение в одну большую секту? Или смерть Ллойда, попытка Скайлара захватить власть и неизбежная анархия? Каллисто как никогда остро ощущала: ее не устраивает ни один из вариантов. Это все равно что выбирать способ смерти между повешением, четвертованием и вивисекцией – что же лучше? Интрига!
Но те, другие, пришельцы… Они готовы были лететь дальше. И Каллисто хотела во что бы то ни стало отправиться с ними, даже если путешествие окажется коротким и все равно приведет к смерти.
При этом гетера понятия не имела, возьмут ли ее с собой. Она говорила с тем мужчиной – и не могла его понять. Она, читавшая людей легко, без малейших усилий! Но вот собеседник стоял перед ней, ее ничто не отвлекало, он относился к тем, кем гетера обычно управляла без труда, а она будто оказалась перед глухой стеной. Может, поэтому она и сказала правду – ему и себе самой?
Он не дал ей ответ, но и не прогнал ее, так что надежда еще была. Каллисто только и оставалось, что следовать за ним. Она держалась на расстоянии, наблюдала из теней. Она вроде как стала незаметной, однако ее не покидало ощущение: он прекрасно знает, что за ним следят. Он просто позволяет ей это. И ей бы удивить его, уйти… А она не могла. Едва Каллисто теряла его из виду, как в душе вспыхивал отчаянный страх остаться в этой дыре навсегда.
Так что она продолжала следить и не упустила момент, когда на мужчину напали.
Это было настолько нагло и неожиданно, что удивило даже его, хотя Каллисто не сомневалась, что он опытный воин, по нему это легко угадывалось. Но и опытные воины не в состоянии предугадать безумие, а сейчас всем заправляло именно оно.
Против чужака использовали тех самых дронов, которых он же и модернизировал. Он превратил медицинских роботов в оружие против криптидов, а теперь оно атаковало его! Дроны, маленькие, быстрые, окружили его со всех сторон. Они не делали ни единой паузы, не предъявляли никаких требований, они напали на него с той решительностью, на которую только машины и способны. Они выстрелили в него теми самыми дротиками, которые он рекомендовал использовать, и Каллисто не удивилась бы, узнав, что заряжены они им же разработанным токсином.
Это было чудовищно сразу по многим причинам. Во-первых, чужак помог станции бескорыстно, решил проблему, от которой они сами пытались отгородиться трупами. Во-вторых, на это нападение были потрачены ценнейшие ресурсы, в которых сейчас отчаянно нуждался Лабиринт. Кто бы ни отдал приказ об атаке, он уверенно пожертвовал жителями станции, чтобы расправиться с одним-единственным пришельцем! В-третьих, чужак все еще находился в рекреационной зоне, здесь прогуливались обитатели второго уровня, которые могли стать случайными жертвами, однако и этим там, наверху, решили пренебречь.
