Ленокс смотрел на капли дождя, заливающие лобовое стекло. После того как в городе вновь появилось электричество, красный сигнал светофора непрерывно мигал. Господи, когда же закончится эта смена и эта бесконечная ночь!.. Как же ему хотелось побыстрее оказаться дома, усесться в кресло со стаканом виски и уколоться. Нет, зависимым он не был. Во всяком случае, проблем у него не возникало. Да, он употреблял, но не злоупотреблял. Это он обладал властью над наркотиком, а не наоборот. Он был одним из тех счастливцев, которым удавалось принимать наркоту и одновременно успешно выполнять свою работу, оставаясь прекрасным супругом и отцом. Можно сказать, что он до сих пор не сорвался только благодаря наркотику. Ленокс сомневался, что выдержал бы, не будь у него этой отдушины. Постоянно держать язык за зубами, чтобы не допустить ошибки. Идти на компромисс, улыбаться, когда тебя тычут мордой в дерьмо, сидеть тихо и не раскачивать лодку, чувствовать, кто хозяин положения, знать, куда дует ветер. Ну ничего, когда-нибудь придет и его очередь решать и приказывать. Да пусть даже и не придет – у него найдутся дела поважнее. Семья. Ведь именно ради них он заварил всю эту кашу. Чтобы они с Шейлой могли поселиться в большом доме в безопасном районе, отправить детей в хорошую школу, раз в год проводить заслуженный отпуск на Средиземном море, позволить себе неплохую медицинскую страховку, покрывающую услуги стоматолога… Господи, семья – как же он любит их! Время от времени, сидя в гостиной, он откладывал в сторону газету и просто смотрел на них и думал, что судьба наградила его подарком, которого он и не ждал. Любовью других людей. И это он – тот, кого в школе называли Альберто-альбиносом и колотили каждую перемену, пока врач не выписал ему справку, в которой говорилось, что мальчик не выносит яркого света и ему рекомендуется проводить побольше времени в классе, рядом с учителем. Но, несмотря на вечную бледность и хрупкое телосложение, природа наградила Ленокса отлично подвешенным языком. Именно благодаря ему Леноксу удалось завоевать Шейлу: говорил он громко и много, за них обоих. А когда он впервые попробовал кокаин, его ораторские таланты раскрылись в полной мере. Вдохнув кокаин, Ленокс словно превратился в улучшенную версию себя самого – он ощутил прилив сил и избавился от страха. Во всяком случае, на какое-то время. Впоследствии он уже не мог обходиться без кокаина – боялся вновь стать прежним. Однако Ленокс понимал, что кокаин – это путь в никуда, поэтому поменял наркотик. Всего один укол в день. Не больше. Кому-то нужно пять. Тем, чья жизнь уже закончилась. Ему до них еще далеко. Отец ошибался – у него есть сила воли. И у него все под контролем.
– Все под контролем?
Ленокс взрогнул:
– Что, прости?
– Я про список, – сказал с заднего сиденья Сейтон, – что там у нас осталось?
Ленокс зевнул:
– Главное управление. Последний пункт.
– Управление у нас немаленькое.
– Да. Но завхоз говорит, что у Дуффа всего три ключа. Один от Отдела по борьбе с наркотиками, второй – от Убийств.
– А третий?
– Гараж, где работают криминалисты. Но если у него есть возможность спрятаться в теплом сухом кабинете, то зачем ему лезть в сырой подвал, где он наверняка заработает себе воспаление легких?
Полицейская рация зашипела, и гнусавый голос сообщил, что все номера в «Обелиске», в том числе и расположенный в пентхаусе люкс, проверены, однако объект не обнаружен.
Когда они подъехали к Управлению, завхоз уже стоял и ждал их с огромной связкой ключей в руках. Леноксу, Сейтону и восьми полицейским понадобилось меньше двадцати минут, чтобы осмотреть Отдел по борьбе с наркотиками. С Отделом по расследованию убийств они управились еще быстрее. И это при том, что они даже умудрились заглянуть в вентиляционный короб и под потолочную обшивку.
– Все на этом, – зевнул Ленокс, – расходимся по домам, ребята. Поспим пару часов, а завтра продолжим.
– Гараж, – сказал Сейтон.
– Я же сказал…
– Гараж.
Ленокс пожал плечами:
– Ты прав, да это и недолго. Ребята, вы давайте по домам, а мы с Сейтоном и Олафсоном осмотрим гараж.
Приказав завхозу следовать за ними, они втроем вошли в лифт и спустились в подвал. Завхоз отпер дверь и зажег свет.
Пока лампы медленно нагревались, становясь ярче, до Ленокса донесся какой-то звук.
– Вы слышали? – прошептал он.
– Нет, – ответил завхоз, – но если ты и слышал что-то, то это крысы.
Но в это Леноксу не верилось. Это был не шорох, а скорее скрип. Так скрипят ботинки.
– Вот напасть, – вздохнул завхоз, – и никак не избавишься от них.
Наконец лампы загорелись как следует. В подвале было пусто, лишь посредине стоял рабочий стол на колесиках, а рядом – накрытый брезентом «вольво» Банко. В противоположной стене виднелось пять дверей.
– Если хочешь избавиться от крыс, – сказал Сейтон, снимая пистолет с предохранителя, – спроси меня как. Олафсон, начинаем слева.
