Мальчики в долине полностью

Если кому-то требовалось выйти в уборную, отец Уайт предупреждал, чтобы тот быстро делал свои дела и немедленно возвращался, иначе его ждет наказание, а потом пристально наблюдал за ним из дверей приюта. Дэвид любит подшучивать над стариком Уайтом, но не в этот раз. Уж слишком грозно пылали его глаза, когда он давал эти указания.

Всех отправили в общую спальню. И не выпускали.

Всех, кроме Питера.

И Бэзила.

– Это просто ужасно, – по-детски стонет Финнеган, что не удивительно, ведь он и есть ребенок.

Они с Джонатаном сидят на соседней койке, болтая ногами, и смотрят на Дэвида, словно у того есть ответ на вопрос, что здесь происходит.

– Скоро стемнеет, – добавляет Джонатан, подражая жалобному тону своего лучшего друга. – Значит, нас не выпустят на прогулку.

– Мы хотим поиграть на снегу, – добавляет Финнеган.

У этой парочки мысли настолько сходятся, что Дэвиду кажется, будто он слышит один жалобный и ноющий голос. Очень надоедливый голос.

Чтобы отвлечься, он открывает верхний ящик комода и достает колоду карт. Он едва сдерживает улыбку, когда видит, как расширяются глаза ребят, вздыхает и протягивает им колоду.

– Знаете какие-нибудь игры?

Они оба кивают. Финнеган отвечает:

– Конечно, я умею играть в «Пьяницу».

Джонатан осторожно берет колоду у Дэвида. Потрепанные карты аккуратно скреплены толстой резинкой.

– Если хоть одну карту потеряете…

Они снова синхронно кивают.

Дэвид встает и оставляет близнецов предоставленными самим себе. Он начинает ходить туда-сюда, присматриваясь к лицам.

Большинство детей лежит на кроватях и читает религиозные брошюры, полученные от священников, или утыкается в скучные книги из маленькой приютской библиотеки. Он обращает внимание, что рядом с Бартоломью мальчиков не больше, чем обычно, но лица их изменились. Они шепчутся в углу, словно коварные мыши, планирующие освежевать кота.

Он останавливается перед кроватью Бена. До сих пор никто, сколько они ни пытались, так и не смог выяснить у него, почему он орал как резаный. Но Дэвид считает, что пришло время добиться от него ответа.

Бен прячется под одеялом с того момента, как из столовой в спальню, словно заключенных, привели остальных мальчиков. Сначала всем не терпелось его разговорить, но через некоторое время они потеряли к нему интерес. Надо сказать, что с Беном мало кто хочет общаться, и, когда Питера нет, он обычно прячется в свою ракушку. Теперь он делает это буквально.

Тем не менее Дэвид садится на соседнюю кровать, сейчас пустующую. Он пытается вспомнить, на чьей койке сидит, но решает пока отложить этот вопрос и сосредоточиться на Бене. Скорее всего, это кровать одного из «последователей» Бартоломью, думает он.

– Бен. – Он легонько бьет ногой кровать Бена.

К его удивлению, одеяло, прикрывающее голову мальчика, сползает вниз, и показываются темные глаза, красные от слез и усталости.

– Привет, – говорит Дэвид.

Бен секунду смотрит на Дэвида, затем его глаза снова скрываются под одеялом, как пара испуганных кроликов.

– Уходи, – ворчит он.

Дэвид оглядывается, не подслушивает ли кто-нибудь их разговор. Но кровать Бена – последняя в ряду, ближайшая к двери, и в их сторону никто даже не смотрит.

– Я хочу знать, почему ты орал как резаный, – начинает Дэвид.

Сначала он подумал, что кричал Бэзил, но логика подсказывала другое. В столовой зале отсутствовали только три мальчика: Бен, Питер и Бэзил, и только один из них вернулся. У Дэвида плохое предчувствие, что с Бэзилом что-то случилось. Остается только надеяться, что его найдут в целости и сохранности, где бы он ни был. Пока же узнать что-то можно только у Бена.

– Мне жаль, что ты пропустил обед. Слушай, на ужине я отдам тебе половину своей порции, ладно? Садись рядом со мной, и я о тебе позабочусь.

Бен всхлипывает, и одеяло сползает ему на нос. Тусклый взгляд немного оживляется, глаза внимательнее смотрят на Дэвида.

Нет лучшего средства добиться ответа, чем предложить еду голодающему ребенку, печально думает он, но улыбается Бену и надеется, что его улыбка излучает доброту. Искренность. Он наклоняется ближе, понижает голос до шепота.

– Но сперва расскажи мне, что ты видел.

Нахмурив лоб, Бен прячет глаза.

– Не могу… – отвечает он. – Не скажу.

Дэвид кладет руку на плечо мальчика. Сквозь одеяло он чувствует жар его тела.

– Хорошо, хорошо. Не рассказывай. Давай я попробую догадаться, а ты мне скажешь, в чем я не прав.

Дэвид замолкает, но Бен не отвечает. Принимая это за знак согласия, он продолжает.

– Я знаю, что ты видел, что случилось с Бэзилом.

Лицо Бена застывает, как будто он вспоминает что-то ужасное. Дэвиду кажется, что он напуган. Он похож на мальчика, который увидел что-то немыслимое. Шокирующее. Что-то, чего он не сможет забыть до конца жизни. Неужели все так плохо?