Пенсильвания, Академия и Калифорния быстро вышли вперед основного скопления лодок, сначала гребя в высоком темпе, но потом понизив его до тридцати одного – тридцати двух. Через три четверти километра Вашингтон был уже последним в ряду из семи лодок – почти на пять корпусов позади лидеров. Сиракузы и величественный Корнелл – большая надежда востока, от которой этого никак не ожидали – продолжали плестись позади вместе с Вашингтоном, возможно, осуществляя ту же самую стратегию.
Бобби Мок стал направлять свою лодку ближе к дорожке Сиракуз. Он думал наперед. Далеко впереди на гоночной дистанции назначенная «Хаски Клипперу» дорожка пройдет под железнодорожным мостом прямо в том месте, где вода образует водовороты позади береговых устоев моста и, отталкиваясь от них, течет обратно, вверх по реке. Если они попадут в водоворот, лодка тут же остановится. Единственный способ избежать этого – выплыть на свободную воду между их дорожкой и Сиракуз. «Клиппер» смещался вбок до тех пор, пока оранжевые лопасти сиракузской лодки не начали задевать белые лопасти «Хаски». В ярости рулевой Сиракуз стал кричать, проклиная Бобби. Когда Вашингтон поравнялся с ним, Мок наклонился к лодке соперника, улыбнулся и сказал своим мягким и глубоким баритоном: «Идите к черту, Сиракузы». И пока их рулевой продолжал ругаться, слаженность сиракузских парней стала ухудшаться и лодка начала отставать.
Через полтора километра после начала гонки, к удивлению толпы в обзорной электричке, Колумбия встала на третье место, обойдя Калифорнию и втиснувшись между Академией и Пенсильванией. Пока мальчишки из Нью-Йорка проплывали мимо парней из Беркли, ньюйоркцы в поезде взорвались аплодисментами. Но на отметке в два километра Калифорния ответила на этот ход и восстановила свою вторую позицию между Колумбией и Пенсильванией. Военно-морская академия, Калифорния и Пенсильвания теперь сформировали группу, которая ушла далеко вперед, попеременно перехватывая лидерство. У Корнелла, казалось, закончились силы, и он снова отстал, отодвинувшить ближе к Вашингтону. Сиракузы также ушли назад.
В вагоне прессы постепенно повисла тишина над группой вашингтонских журналистов и тренеров, когда они увидели, насколько далеко позади всех был «Хаски Клиппер». Люди начали перешептываться: «Давай, Бобби, поторопи их, поторопи». Эл Албриксон сидел тихо, спокойно, как статуя, медленно пережевывая жвачку. Он думал, что вот уже скоро Бобби Мок сделает свой ход, как они и планировали. Албриксон еще напряженнее всматривался в реку в наступающей темноте, пытаясь разглядеть свою лодку. Все, что было от нее видно – это белые наконечники их лопастей, ритмично появляющиеся и исчезающие в воде все еще с устойчивым и медленным ритмом двадцать девять ударов в минуту.
На отметке в три километра Пенсильвания начала отставать и ушла за лодку Колумбии. Калифорния и Военно-морская академия теперь соревновались за лидерство. Корнелл еще сдал позиции и оказался за Вашингтоном, который теперь двигался на пятом месте. Но Бобби Мок все еще не увеличивал ритм. Его лодка все еще была позади лидера на четыре корпуса. В вагоне прессы Эл Албриксон начал волноваться. Моку было сказано не отпускать лидеров более чем на два корпуса вперед. Он был на расстоянии, в два раза превышающем указанное. И к этому моменту гонки они должны были уже начать ускоряться. Бобби совершенно не придерживался того плана, который ему озвучили. Том Боллз и Джордж Покок с мрачным видом опустились на свои места. Гонка вашингтонской команды начинала выглядеть как самоубийство. Но на воде Бобби Мок сказал Дону Хьюму:
– Не торопитесь. Мы сможем обогнать этих парней в любой момент, когда захотим.
Когда лодки прошли отметку в четыре километра, практически ничего не поменялось. Калифорния и Военно-морская академия были далеко впереди, Колумбия шла прямо за ними; Вашингтон легко поплыл мимо ослабевающей пенсильванской команды, но оставался на ужасающих четырех корпусах позади лидеров. Албриксон все еще сидел не двигаясь; он просто продолжал глядеть из окна на мерцающие белые лопасти на воде, пережевывая жвачку. Но тренер стал скатываться вниз в своем сиденье. Он не мог поверить в то, что происходит. Что, в конце концов, делает Мок? Почему, бога ради, он не ускоряется?
В лодке Бобби Мок взглянул на расстояние в четыре корпуса между их носом и кормой Калифорнии и крикнул своей команде:
– Ладно, болваны! Мы всего на корпус позади.
