Однажды они с парнями из отряда решили неофициально посостязаться: кто быстрее взберется на самую высокую и опасную точку Черных гор – Лютый пик. Тогда они, чего уж говорить, были молодыми и глупыми. На финишной прямой он столкнулся с Райей, единственной девушкой в отряде, и провалился вместе с ней в глубокую расщелину. Несколько часов они провели в ледяном аду, мерзли, пока их не нашли воины отряда и не вытащили.
Стейн запретил себе вспоминать о том, как в тот день они с Райей, спасаясь от леденящего холода, разделись и согревали друг друга теплом обнаженных тел. Он запретил себе думать о том, как ее горячая грудь прижималась к его разгоряченной коже, как… Стейн усилием воли отогнал эти воспоминания, пока над ним верх не возымело желание. Неукротимое желание, разлившееся по всему телу.
Не в силах дышать, не в силах думать, он вдруг спросил:
– А как же твои родители? Они наверняка не знают, что произошло.
Ее губы сжались в тонкую линию. Райя судорожно сглотнула и ответила:
– Уверена, Алвис найдет родителей и все объяснит. Отец справится, но мама…
Стейн крепко сжал ее теплые руки.
– Райя, мне так…
– Не надо. Не надо повторять, как тебе жаль. У тебя, между прочим, тоже есть семья.
– А что моя семья? Отцу, вероятно, все равно, а мама… Мама всегда поступает, как он велит. – Стейну не хотелось сейчас говорить о матери, не хотелось думать о ней. Он уже пожалел о сказанном.
Райя поняла это и после короткого молчания сказала:
– Одно радует.
– Что? – удивился Стейн.
– Сейчас не настолько холодно, чтобы раздеться. – Глаза Райи весело сверкнули.
Он внимательно смотрел на нее, прямо в сверкающие серебристые ободки.
– Райя?
– Да.
– Я рад, что ты рядом.
– Разумеется. Без меня ты бы давно замерз. Снова. – Уголки ее губ изогнулись.
Эта женщина явно поняла, что он имел в виду. Но он все равно не смог сказать большего, не осмелился произнести слова, готовые вот-вот сорваться с языка.
Стейн не знал, сколько прошло времени, прежде чем веки налились тяжестью, и сон победил.
Стейн резко проснулся. Уже светало.
Он сразу понял, что не может двигаться. Он моргнул и осмотрел себя.
Их связали. Руки были туго стянуты; веревки обвивались вокруг запястий, а затем тянулись до самых локтей, крепко прижимая кисти к торсу. Путы также стянули ноги, да и все тело. Сброшенные пледы валялись рядом.
Стейн прислушался: ни голосов, ни шагов, лишь шум ветра в деревьях и негромкое ржание лошадей. Он попытался двинуть плечом, толкнув Райю. Она пошевелилась.
– Какого… Что за… – Затем Райя отборно выругалась.
– Мы связаны.
– Это я и без тебя поняла. – Она скрипнула зубами, раздраженно изучая узлы на запястьях. – Духи! Господин главный советник, вы теряете хватку. Как вы могли не почувствовать, что нас связывают во сне?
– Я неделю не спал, – огрызнулся Стейн. – Чья вообще была идея спать без караула?
Райя фыркнула.
– Ладно, сейчас освобожу нас, – пробормотал Стейн. Он несколько раз вдохнул, выдохнул. Напряг мышцы. Это оказалось непросто, потому что он едва чувствовал свое затекшее тело. С третьей попытки он все же разорвал веревки и сразу вскочил на ноги.
Стейн начал озираться по сторонам, разглядывая окружающие поляну высокие сосны. Они росли так близко друг к другу, что ветви переплелись между собой, и за ними ничего не удавалось рассмотреть. Он наклонился к Райе, но она уже справилась и зло откинула разорванные путы подальше. Стейн подал ей руку.
– Но кто… – осеклась Райя, хватаясь за его ладонь, когда слева раздался треск сломанных веток.
Они выходили из-за деревьев: одни тащили хворост, у других за спинами торчал лук и болтались кролики в руках, а двое из них шли, поигрывая небольшими топориками. Стейн сразу понял, кто это такие. Костяной народ. О нем однажды рассказывал Гелиен.
– Они же люди? – неуверенно прошептала Райя. – Оглушим их и уйдем! Я не хочу убивать людей, пусть и дикарей.
– Они не совсем люди… – Стейн повернул к ней голову. – Не лучше гриндоков, Райя, может, даже хуже. Они едят людей.
Его слова ошеломили, хоть она и старалась не подавать виду. Стейн успел изучить характер Райи, знал тайные признаки, позволяющие судить о ее истинном состоянии. Лишь мимолетный проблеск в янтарных глазах выдавал ее сокрытые эмоции.
Увидев, что пленники избавились от пут и встали на ноги, дикари резко побросали ветки и добычу на землю и схватились за топоры, а некоторые достали мечи.
– Интересно, как скоро они поймут, что не могут ранить нас, не говоря уже о том, чтобы сожрать, – озвучил Стейн свои мысли.
– Разберемся побыстрее. Хочу уже помыться и поспать в нормальной постели, – раздраженно бросила Райя.
Дикари тем временем окружали их, обнажив ряды острых зубов. Стейн не думал, что у людей могут быть такие зубы. Вероятно, их намеренно стачивали. Раздавалось мерзкое постукивание человеческих костей, пришитых на одежды.
– Я полагал, тебе понравилось спать в моих объятиях.
Райя сморщила нос.
– Думаешь, сейчас подходящее время для шуточек?
– Я вообще-то не шутил, – улыбнулся Стейн.
Она сердито зыркнула на него.
