Оба гостя кивнули, не говоря ни слова, и вошли в квартиру. Спейд закрыл за ними дверь и провел их в комнату. Том сел на диван под окном. Лейтенант устроился на стуле у стола.
Лейтенант был человек плотного сложения с круглой головой под серебристым ежиком волос и квадратным лицом с коротко стриженными седеющими усами. Его галстук украшала заколка в виде золотой пятидолларовой монеты, на лацкане Спейд заметил маленькую, украшенную бриллиантами эмблему тайного общества масонов.
Спейд принес из кухни два стакана, наполнил их и свой собственный из открытой бутылки «Бакарди», вручил гостям по стакану и сел на прикроватную кушетку. Лицо его не выражало ни беспокойства, ни любопытства. Он поднял стакан.
– За фарт! – сказал он и выпил до дна.
Том тоже осушил свой стакан, поставил его на пол у ног и вытер рот грязным пальцем. Он пристально разглядывал изножье кровати, будто оно ему на что-то смутно намекало, и он силился вспомнить это «что-то».
Лейтенант секунд десять разглядывал свой стакан, после чего отпил маленький глоточек и поставил стакан на стол рядом с собой. Он окинул комнату цепким взглядом, а потом выразительно посмотрел на Тома.
Том смущенно поерзал на диване и спросил:
– Ты сообщил печальное известие жене Майлза?
– Угу, – промычал Спейд.
– И как она?
– Не понимаю я этих женщин.
– Заливай больше, – тихо сказал Том.
Лейтенант уперся ладонями в колени и подался вперед. Его зеленоватые глаза впились в Спейда немигающим пристальным взглядом, в котором было нечто механическое – казалось, перевести его можно, только потянув за некий рычаг или нажав кнопку.
– Какой марки у вас пистолет? – спросил лейтенант.
– Никакой. Я не большой любитель пушек. Конечно, в конторе найдется парочка.
– Я бы хотел на них взглянуть, – сказал лейтенант. – А сюда вы, случайно, не захватили одну из этих пушек?
– Нет.
– Вы уверены?
– Смотрите сами, – Сэм усмехнулся и приглашающе махнул пустым стаканом. – Хотите, можете перевернуть здесь все вверх тормашками. Я причитать не стану – если, конечно, ордер имеется.
Том возмутился:
– Сэм, какого черта!
Спейд поставил стакан на стол и встал напротив лейтенанта.
– Что вам от меня надо, Данди? – спросил он твердо и холодно, и так же тверд и холоден был его взгляд.
Взгляд лейтенанта изменил фокус, переместившись на Спейда. На лице Данди только глаза и двигались.
Том снова заерзал на диване, с силой выдохнул через нос и примирительно проворчал:
– Мы не хотим неприятностей, Сэм.
Спейд пропустил эту реплику мимо ушей и сказал, обращаясь к Данди:
– Итак, чего же вы хотите? Давайте начистоту. Кем вы себя возомнили, чтобы брать меня на понт в моем собственном доме?
– Ладно, – гулко сказал Данди, – садитесь и слушайте.
– Я сам решу, когда мне сесть или встать, – сказал Спейд, не двигаясь с места.
– Ради бога, остыньте, – взмолился Том. – Какой прок нам собачиться? Если хочешь узнать, почему мы не говорим начистоту, так это потому, что когда я тебя спросил, кто такой Терсби, ты мне как ответил? Что это, мол, не мое дело. Не надо с нами так, Сэм. Этим ты ничего не добьешься. Мы ведь при исполнении, как-никак.
Лейтенант вскочил и вплотную приблизился к Сэму. Воинственно задрав квадратную физиономию, он уставился прямо в лицо более рослому противнику.
– Я предупреждал, что рано или поздно вы поскользнетесь, – сказал он.
Спейд презрительно скривил губы и вскинул брови.
– Рано или поздно любой может поскользнуться, – с глумливой кротостью ответил он.
– На этот раз – вы.
Спейд усмехнулся и покачал головой.
– Нет, у меня все отлично, благодарю, не стоит беспокоиться. – Улыбка исчезла с его лица. Верхняя губа поползла вверх, обнажив левый клык. Глаза превратились в горящие щелки. Голос зазвучал еще более гулко, чем голос лейтенанта. – Не нравится мне это. Что вы тут рыщете вокруг меня? Выкладывайте или проваливайте, а я лягу спать.
– Кто такой Терсби? – требовательно спросил Данди.
– Все, что мне о нем известно, я рассказал Тому.
– Чертовски мало рассказал.
– Сколько сам знал.
– Почему вы за ним следили?
– Следил не я, а Майлз – по той простой причине, что у нас был клиент, заплативший нам за слежку хорошие американские деньги.
– Кто ваш клиент?
Лицо и голос Спейда снова обрели спокойствие. Он сказал с упреком:
– Вы же знаете, я не могу разглашать имя клиента, пока не переговорю об этом с ним самим.
– Вы назовете его мне, или будем разговаривать в суде! – вскипел Данди. – Речь об убийстве, не забывайте!
– Может быть. Но и вам советую кое-что не забывать, голубчик. Я сам, черт побери, решаю, говорить мне или нет. Прошли те времена, когда я горько плакал из-за того, что полицейские меня не жалуют.
Том пересел с дивана на кровать. Его щетинистое, выпачканное глиной лицо было усталым и осунувшимся.
– Сэм, не валяй дурака, – попросил он. – Помоги нам. Как нам расследовать убийство Майлза, если ты не хочешь рассказать нам то, что есть у тебя?
– Это не ваша головная боль, – сказал Спейд. – Я сам похороню своего мертвеца.
Лейтенант Данди сел и снова уперся руками в колени. Он смотрел на Сэма своими горящими зелеными глазами навыкате.
