Пришлось простоять пару минут на общем балконе этажа, чтобы подсушить глаза. Сначала просто смотрела вдаль, потом достала телефон, чтобы полистать фотки в галерее. Пожалуй, вот эту фотку с молочной от тумана речкой стоит выложить в профиль. Стало скучно, глаза высохли, и Вера решила, что можно и спуститься в холл. Как назло, именно сейчас там было невероятно многолюдно. Она попыталась пройти к лестнице, которая вела в ее крыло, но поняла, что народ чего-то или кого-то ждет. В кучке столпившихся возле стойки регистрации заметила саратовскую знакомую.
– Маш, привет. А что тут?
– Привет! А вон объявление, всем участникам собраться в актовом зале. Ты заходи, уже можно. Я только карточку от номера поменяю, а то моя размагнитилась, и тоже пойду. Займешь мне место?
– Ага.
Конечно, сейчас самое время для собрания, чтобы шмыгать сопливым после плача носом на всю Ивановскую. Но вдруг объявят что-то важное, надо идти. В зале Вера села поближе к выходу, чтобы незаметно уйти, когда будет можно, а на соседнее кресло положила руку, вроде как заняла место. Маша скоро пришла и с размаху плюхнулась на и без того полуживое сиденье. Пришла в зал и Света, ее светлая голова маячила в проходе, но звать соседку и привлекать к себе внимание Вера не захотела. Пока все собирались и шумели, ей было как-то даже легче, не так одиноко, но, когда на сцену вышел маленький пузатенький человек в костюме и взял микрофон, от его официального вида стало не только грустно, но и тревожно.
– Дорогие друзья… Потише, пожалуйста. Дорогие друзья, спасибо, что собрались так быстро. Кто меня еще не знает, представлюсь. Арсений Павлович, председатель детской комиссии нашей федерации. Меня попросили сообщить, что, к моему огромному сожалению, на нашем турнире подтвердился случай мошенничества. – В зале возмущенно зашептались. – Разделяю ваше негодование, друзья. Причем нам известно, что действует организованная группа читеров. Я также вынужден сообщить, что турнир приостанавливается до выяснения обстоятельств случившегося. – Голоса стали громкими и неодобрительными. – Тише, пожалуйста, коллеги. Если у вас есть информация, которая поможет расследованию, пожалуйста, сообщите ее комиссии. Комиссия расположилась в малом конференц-зале на первом этаже за столовой и готова выслушать всех желающих. Чем быстрее во всем разберемся, тем быстрее продолжим турнир. Пожалуйста, ваши вопросы. Да, слушаю.
– Если вы говорите, что случай подтвержден, то зачем расследование? – детский тренер из третьего ряда поднял руку.
– Мы убедились, что мошенничество было, но знаем не всех участников.
– А кто уже известен?
– Эта информация не раскрывается до завершения расследования. Следующий вопрос. Да, пожалуйста, Дима.
– А домой ехать можно? – раздраженно поинтересовался шестнадцатилетний чемпион Европы, который уже готов был послать этот турнир подальше.
– Нет, мы просим всех участников турнира задержаться до конца расследования. Надеюсь, одного дня нам хватит. У вас вопрос? Слушаю вас.
Следующий вопрос Вера не дослушала.
Когда она постучалась в малый конференц-зал на первом этаже за столовой, там был только один лысый человечек, но тоже в костюме. Он спросил, что ей нужно. Она сказала, что должна сообщить кое-что важное про читеров. Он сказал: «Слушаю вас очень внимательно». Вера сжала в заднем кармане джинсов кисточку амулета, но его поддержка совсем не ощущалась. Такая же бесполезная побрякушка, как и иконка. Лучше бы шаурму купила.
Упираясь коленками в санаторный коврик, Вера пыталась и не могла отвести взгляд от застарелых разводов на основании унитаза. Местной уборщице стоит мыть туалет тщательнее – только успело пролететь в голове, как блев уже поднялся по горлу. Выпотрошила себя в фаянсовую чашу с водой, утерла слезы и прилегла отдохнуть на тот же коврик. Не в тему оптимистичный зеленый коврик. Надо бы им постелить что-то менее оптимистичное, туалет не место для радости. Зажмурилась, под веками разошлись серые сюрреалистические круги. Коврик мягкий, дышать стало легче. Почти хорошо. Плохо только то, что унитаз ей все-таки придется помыть.
Вера всегда все делала по инструкции, и в этом случае тоже. Старалась остановиться до того, как горло начинал сжигать желудочный сок, зубы чистила тщательно, чтобы эмаль не портилась, восполняла баланс жидкости стаканом теплой воды с растворенными в ней двумя ложками соли. С солью, правда, в комнате была напряженка, поэтому пришлось обойтись водой из-под крана. Рекомендации Вера вычитала в группе ВКонтакте для худеющих, там же почерпнула и формулу идеального расчета веса: рост минус сто десять. Когда она поделилась этой находкой с мамой, та сказала, что это ерунда, столько весить никто не может. Но девочки в той же группе в ВК идеально укладывались в эту формулу. Почему же и ей не уложиться, пусть и с некоторыми ухищрениями.