– Послушай, – с озабоченным видом сказал Максим, – ты прости, что я лезу не в свои дела, но… хорошо ли ты подумала, связав свою жизнь с Леонидом? Я знаю этого человека и могу сказать, что он… возможно, не то, что тебе нужно.
Маня моментально почувствовала раздражение:
– А что мне нужно? Ты? Мужчина, который не моргнув променял меня и детей на другую семью?! Как у тебя вообще хватает совести говорить мне такое?! Ты просто эгоист, собака на сене! Ты не хотел быть со мной и не хочешь, чтобы я нашла свое счастье!
– Постой, – неожиданно мягко отреагировал Максим, – ты, конечно, имеешь право мне все это говорить… Потому что, на твой взгляд, так оно и было… Но со дня на день продастся наш с тобой дом, и половина суммы (которая довольно велика) ляжет на твой банковский счет… И я… просто потому, что я знаю деловую репутацию Леонида, хочу предупредить тебя… что тебе лучше обезопасить свои деньги…
– Это как, интересно? – с сарказмом спросила Маня.
– Например, все деньги могут поступить на мой счет, на них будут накапливаться проценты, а когда ты будешь вне риска, я верну тебе их. К тому же прямо сейчас эти деньги тебе не нужны…
Маня демонически захохотала в ответ: да что он себе возомнил?! Это он, Максим, прямо сейчас хотел лишить ее всего! Отобрав половину денег от продажи дома!
– Ну уж нет, мой дорогой! – решительно заявила Маня.
– Хорошо, – вздохнул Максим, не обращая внимания на вспышку злости бывшей жены, – только будь, пожалуйста, осторожна.
Прошло еще несколько месяцев совместной жизни Мани с Леонидом. Предложения руки и сердца от Леонида так и не поступало, хотя Маня очень этого ждала. Вместо этого каждый вечер она слушала от него истории, какие бабы дуры и развратницы, а особенно – его бывшие жены, короче – все без исключения.
Манина работа сошла на нет, потому что Леонид в один прекрасный день решил, что его женщина должна уделять внимание только ему.
Маня, правда, не хотела обижать Лалу и тайком продолжала заниматься своей работой, но Леонид, случайно узнав об этом, устроил Мане чудовищный скандал.
И Маня прекратила это делать. А Лала, обидевшись на Маню и разочаровавшись в ней, прекратила с ней любое общение.
Затем в один прекрасный день Леонид запретил Мане общаться и с Лизой, и с Валечкой, и даже косо смотрел на нее, когда она разговаривала по телефону с Варей, Кирей, мамой и бабушкой. Да так косо, что ей пришлось разговаривать с ними тайно – утром, когда Леонид был в офисе или когда сама Маня уезжала в город по делам, что тоже не нравилось Леониду: ему все больше и больше хотелось контролировать ее.
В Маниной жизни снова наступило это ненавистное ей состояние – вечная зависимость от мужчины с кошельком, помноженное на тревогу и страх за будущее. И еще ей было жаль, что она потеряла свою работу, в которой очень преуспела. Теперь все ее времяпрепровождение заключалось в том, что она просто сидела дома и следила за тем, чтобы все потребности Леонида были вовремя удовлетворены, порой даже в ущерб детям, которым становилось все более неуютно в чужом, враждебном пространстве.
Правда, однажды в Манином сознании мелькнула мысль о том, что Максим, возможно, был прав, и ей следовало прислушаться к его словам о Леониде и о том, что имеет смысл обезопасить себя и свой капитал. Особенно остро она эта осознала, когда покупатель их с Максимом дома подписал контракт о покупке и Маня приехала, чтобы организовать вывоз их личных вещей из уже проданного дома.
Когда вещи были упакованы и отправлены на склад временного хранения, Маня бродила по пустому дому, где когда-то появились на свет их с Максимом дети, где она все обставляла, и у нее в сердце неожиданно возникла острая тоска по этому всему.
Маня растерялась: как же это могло быть?! Она ведь здесь была совершенно несчастной, одинокой. Здесь она узнала, что они – не единственная его семья. А теперь в одну секунду она захотела, чтобы события повернулись вспять и они снова с детьми оказались в этом доме. Пусть она была бы без мужчины, одна, но здесь и с детьми, которые бы не вжимали головы в плечи, как только слышали голос этого Чудища, Леонида.
«А что… если взять мою половину денег и купить нам с детьми небольшой дом? – подумала Маня. – Пусть не здесь, не в этом поселке. А на берегу озера или реки… Тогда мы зажили бы спокойно! Я снова начала бы работать…»
Но тут же ее мысль отпрыгнула назад, потому что ей были страшны любые изменения в ее жизни: а вдруг она не сможет найти средства к существованию? А вдруг Леонид причинит ей какой-нибудь вред? А вдруг… А вдруг… А вдруг…
Маня в последний раз оглядела свой бывший дом и с тяжелым сердцем навсегда закрыла за собой дверь. А вечером она получила уведомление, что круглая сумма, равная половине стоимости их с Максимом дома, пришла на ее счет.
Мане казалось, что хуже быть уже не может. Но жизнь показала, что неприятности только начались.
Это случилось одним вьюжным вечером в январе две тысячи восьмого года. Маня запомнила тот вечер до мелочей.
