– В каждой комнате по два аппарата на один номер – у нас же по три, по четыре, а то и по пять человек в одном кабинете сидят.
– Ясно. Держи еще пять микрофонов, – Банда отсчитал еще пять "пуговиц". – Слушай, а давай и впрямь на "ты"?
– Конечно, – Андрей с удовольствием пожал протянутую ему Бандой руку.
– Не имеет значения, куда будешь класть эти штучки – около микрофона или около наушника – слышимость все равно будет отличной. Проверено.
– Хорошо.
– Не забудь подготовиться – возьми отвертку...
– Да понимаю я все!
– Мужики, не обижайтесь, я напоминаю о чем-то только потому, что мы должны учитывать каждую мелочь – засыпаться нам нельзя. "Засветиться" – ни в коем случае. Если среди ваших людей есть кто-то, кто работает против вас, и этот оборотень сообщит о нашей активности бандитам... – Банда хотел продолжить фразу, но, заметив вдруг напрягшееся лицо Николая, не договорил. – Короче, сами понимаете.
– Конечно.
– И еще. Больше – никому о том, что я здесь. Слышите? Даже собственным женам ни слова. Бойтесь даже во сне проговориться.
– Ну, моя-то будет знать, ты же у меня жить будешь, – улыбнулся Андрей, похлопав Банду по плечу.
– Твоей можно знать, что я – твой знакомый из Москвы. Но – не больше.
– Ясно, не волнуйся.
– Так, Коля, надеюсь, ты сумеешь что-то придумать, чтобы выманить своих людей из кабинетов и дать Андрею время установить "жучки"?
– Сумею.
– Отлично. После того, как "пуговицы" будут на местах, всех выгоняешь, закрываешься, ставишь перед собой кейс, включаешь вот здесь.
– Понял.
– Поднимаешь вертикально антенну и выдвигаешь – это как обычно. Громкость – на "тройку" для начала. Потом подрегулируешь, но смотри, осторожно – звонок будет слышен раз в десять громче, чем разговор. Не оглохни.
– А из коридора не услышат?
– Вот наушник. В это гнездо вставишь перед включением, – показал Банда.
– На одно ухо?
– Как в армейской радиостанции – чтобы другим ухом слышал, что вокруг творится.
– Ясно.
– Как только разговор покажется тебе интересным или даже просто непонятным – нажимай вот эту кнопку. Весь разговор будет записан, потом прослушаем вместе.
– Хорошо.
– Дальше. Вы должны создать видимость, что приняли все условия бандитов. Демонстративно уничтожайте копии, стирайте все сюжеты с кассет. Но не забудьте, конечно, – вдруг улыбнулся он, – оставить хотя бы одну копию для меня – я ведь еще вашей программы не видел.
– Оставим! – понял его Самойленко. – А как быть с программой, которая запланирована на пятницу?
– Какой крайний срок для снятия ее с эфира?
– Да хоть за час до выхода – замену найдут, хотя выговора мне в таком случае не избежать.
– Ну, выговор ты переживешь, поэтому программу пока не трогай. А по редакции обязательно пустите слух, что ее снимают с эфира. Что Коля сам этого хочет – мол, не доработан какой-нибудь сюжет или еще что-то в этом роде.
– Будет сделано.
– Так. Ну, что я еще забыл?
Андрей с Николаем смотрели на него молча, полностью признав право Банды на старшинство, и были готовы подчиниться любой его команде.
– Вроде пока все, – сам себе сказал Банда, еще раз внимательно просмотрев свои записи.
– За работу?
– Да. Встретимся с вами... Во сколько уходят с работы ваши сотрудники?
– Часов в пять, в семь, иногда, когда работа есть, и в полночь.
– Сегодня работы, я надеюсь, не будет? – спросил Банда почти утвердительно.
– Конечно. Сегодня закончим в семь – самое позднее.
– Хорошо. Встречаемся здесь же в восемь. Но только будьте внимательны – не приведите никого за собой.
– Обижаешь... – попробовал возмутиться Николай, вдруг почувствовав себя задетым.
– Не обижаю, а хочу, чтобы все прошло без сбоев, – жестко оборвал его Банда. – Сделаем даже так – приедете, встанете в пятнадцати метрах от моей машины и сидите, даже в мою сторону не глядите. Я сам к вам подойду. Когда можно будет, конечно.
– Хорошо.
– Ну, все тогда. Езжайте на работу. А то уже десять, вам давно пора быть на месте...
С "жучками" все удалось провернуть быстро и незаметно. Когда Андрей закончил свою работу, он зашел к Самойленко, который тоже завершал незапланированную летучку.
– Можешь включать, – сказал он другу, когда они остались в кабинете одни.
– Все в порядке?
– Как в лучших домах Парижа и Лондона! – Андрей явно был доволен своей работой.
– Тогда иди.
– Я тоже хочу послушать.
– Андрей, я же должен закрыться с этой штукой... – мягко напомнил ему Коля.
– Ладно, но...
– Ты пока иди все уничтожай, все лишние копии. Если кто спросит, что делаешь, – отвечай, что, мол, я распорядился, что дело прогорело, не стоит выеденного яйца, словом, сам знаешь, что говорить.
– Конечно, я найду, что сказать. Учить меня не надо. Но потом я приду и постучусь в твою дверь вот так, – Дубов продемонстрировал на крышке стола Самойленко условный стук, – и ты мне откроешь. О'кей? Мне ведь тоже охота посмотреть, как эта штуковина работает.
– Хорошо. Иди...
Самым большим недостатком системы оказалось то, что она могла прослушивать все разговоры одновременно – если говорили сразу по нескольким аппаратам в один и тот же момент.
