- Я тоже, - он пожал плечами, - Я всегда говорил Марке, чтобы она не шлялась одна по ночам и в опасных районах, чтобы не напивалась на вписках, чтобы еще чего-то не делала. Толку от этого было мало, в итоге я же и виноват остался.
- Хорошо, - примирительно сказал я, - Я тебя понял. Идешь домой?
- Да. Только переоденусь.
Он ушел в подсобку, и я, постояв немного, пошел за ним. Казачок уже снял рабочий комбинезон и надел свои джинсы, майку держал в руках. Его смуглая кожа слегка блестела от пота. Он посмотрел на меня и быстро надел майку, пробормотав себе под нос:
- Сегодня я, к счастью, трезвый.
- Я тоже, - сказал я.
Он сел на стул, обулся и завязал шнурки, раздраженно сказал:
- Хватит на меня пялиться.
- Извини, - я вышел за дверь, мысленно ругая себя.
Казачок не выходил, хотя ему оставалось только накинуть куртку. Я подождал минуту и заглянул в подсобку, спросил:
- Ты идешь?
- Да, - он держал в руках куртку и задумчиво смотрел в стену, - Просто я…
- Что?
- Ничего. Идем.
- Постой, - я перегородил ему выход, - Наверное, нам все-таки надо поговорить об этом.
- Не о чем тут говорить. Мы просто напились и слегка берега попутали. Похер.
Он обошел меня и вышел за дверь, на ходу натягивая куртку. Я пошел следом. По дороге домой мы, как обычно, купили пива и мясной пирог на ужин. Девчонок дома не было.
- Я в душ, - сказал Казачок.
- Только недолго, - попросил я, - Мне тоже надо.
- Ладно.
Он и в самом деле быстро вернулся, обернутый полотенцем. Я только поставил пирог в духовку, чтобы разогреть.
- Следи за пирогом, - велел я, - И оденься, пожалуйста.
- Не могу – я еще не высох, - ответил он. На волосах на его груди и правда блестели капельки воды.
Я быстро ополоснулся и тоже обернулся полотенцем – раз он так ходит по дому, значит, и мне можно. Я понимал, что на него это не действует так, как на меня. И понимал, что сам напрашиваюсь на проблемы, но ничего не мог с собой поделать. Казачок уже вытащил разогретый пирог и нарезал его на части. Мы положили по куску на тарелки, взяли по бутылке пива и пошли в гостиную, развалились на диване.
- Как думаешь, где девчонки? – спросил он.
- Боюсь даже представить, - ответил я.
- Соня предлагает купить мобильники, чтобы созваниваться. Я считаю, что это бред. Никто не захочет таскать с собой телефон постоянно.
- Это точно, - согласился я, - Нафига они нужны, еще и за такие деньги? Эта мода скоро пройдет.
Мы быстро выпили по бутылке пива, и я принес еще две, одну протянул Казачку со словами:
- Мы слишком много пьем, надо бросать.
- Ага, - согласился он и сделал несколько больших глотков.
С его черных кудрявых волос по шее все еще стекали одинокие капли воды. Несколько ручейков задержались в ямке ключицы, собравшись в одну большую каплю. Мне очень хотелось слизнуть ее. И я бы так и сделал, если б не боялся получить кулаком в лицо. Но не настолько уж я боялся. Я протянул руку, подцепил эту каплю воды на палец и собрал ее губами.
- Ты чего? – спросил он недовольно.
- Да так, просто. Долго ты сохнешь.
Он резко помотал головой из стороны в сторону, так, что с его волос вокруг полетели брызги, часть попала мне в лицо.
- Перестань, - рассмеялся я, пытаясь увернуться.
Он, улыбаясь, протянул руку, собрал одну из капель с моей щеки пальцем, и быстро слизнул эту каплю, а потом продолжил пить пиво, как ни в чем не бывало.
- Ты издеваешься? – спросил я.
- Нет. А ты?
- В какую игру мы играем?
Он посмотрел на меня и улыбнулся. Я попытался улыбнуться в ответ, но у меня не получилось.
- Нам стоит все это прекратить, - сказал я.
- Что именно? – усмехнулся он, - Мы ничего не делаем. Сидим, пьем.
- Иди к черту, - я сунул руку под полотенце и сжал свой член, потому что больше терпеть уже не мог. Если быстро подрочить, то все станет намного проще.
Казачок усмехнулся и развернул свое полотенце. У него стоял, и он медленно погладил свой член рукой, потом слегка сжал яйца. Я не хотел смотреть, но не мог отвести взгляда. Просто не мог. Казачок встал с дивана, и я схватил его за руку, сказал:
- Подожди.
- Я не ухожу, - выдохнул он и повернулся ко мне.
Его ровный торчащий член с блестящей багровой головкой был напротив моего лица. Он ничего не делал, это я сам потянулся к нему губами и, приоткрыв рот, обхватил губами эту головку. Он вздохнул и зарылся пальцами в мои волосы. Это было безумно горячо и ни на что не похоже. Я обхватил его рукой и двигал ею в такт рту, а сам в это время дрочил себе. Увы, это не продлилось долго. Через минуту Казачок прорычал:
- Черт. Сейчас кончу.
Я подался назад, и он, громко застонав, кончил себе в кулак. Боже. Какое у него было выражение лица. Этого мне хватило, чтобы кончить самому. Казачок упал на диван рядом со мной и вытер руку о полотенце. На его лбу блестели капельки пота. Я наблюдал, как расслабленное выражение его лица за пару секунд сменилось растерянным, а еще через мгновение его губы сжались в одну упрямую линию, а глаза сузились. Это означало, что он зол. Неужели на меня? Он резко поднялся и обернулся полотенцем, внимательно посмотрел на меня все с тем же злобным выражением на лице.
- И что теперь? – спросил я.
