Следующим вечером я сижу в отеле и жду Марину, а пока ее нет пью вино и читаю с телефона научные статьи – я получила дополнительную квалификацию клинического психолога, и теперь пишу диссертацию по влиянию психологического состояния роженицы на интенсивность болевого синдрома. Как только приходит Марина, я откладываю телефон. Марина отдает мне полиметирол. Всего три дозы. Но лучше, чем ничего.
- Для чего он тебе? – спрашивает Марина, растягиваясь рядом со мной на кровати поверх покрывала и наливая себе вина.
- На всякий случай, - отвечаю я, - Как твои дела? Купила тот польский завод?
- Купила, на свою голову, - вздыхает Марина, - Кто же знал про эти тупые санкции? На следующей неделе туда полечу, посмотрю, что можно сделать.
- Ты подожди, может быть, до маразма доводить не будут, и ввоз медикаментов не прекратят?
- Лекарства – вторая проблема. Мой завод делал для России автоанализаторы гликемии, иглы, инъекторы. Поставляли по госконтракту через фирму-посредника. А сейчас, сама знаешь, импортозамещение.
- Подожди-ка, дорогая, ты хочешь сказать, что нам вместо КуЭс навяжут Диамант? – у меня даже сердце в груди замирает от такой несправедливости, - А как вести рожениц с диабетом при такой погрешности приборов?
- А как получится, - мрачно сообщает Марина, - Причем, расходники уже перестали закупать. Значит, скоро вы не сможете пользоваться и теми приборами, которые уже есть в наличии.
- А почему нам об этом никто не сообщает? Я просто не представляю себе, как мы будем работать! Они видели наше отделение патологии? Это кошмар какой-то, Марина. Мы только-только утвердили на следующий год бюджет, позволяющий закупать более-менее приличные импортные инъекторы, а сейчас нам перекроют кислород. Будут за ту же цену впаривать местное фуфло, которое я бы врагу колоть не стала.
- Да ты-то чего переживаешь? Будешь работать, как раньше. Ну, будет твоим патологическим побольнее на уколах, переживут. А мне как зарабатывать?
- А у тебя какие проблемы? Через Кучерявую ввезешь нелегально, и те, кто может себе позволить, и так купят все, что им надо. Пострадают, как обычно, самые социально незащищенные.
- Соня, ты соображаешь, насколько большая разница в объемах между государственным контрактом и разовыми покупками богатеньких буратин? Ну, да, незащищенные пострадают. И в первую очередь – я.
- Это ты себя сейчас к социально незащищенным отнесла? – я, не удержавшись, хихикаю, - Боюсь, ты неправильно понимаешь эту фразу.
- Не придирайся к словам. Мне похер на нищебродов, я должна спасать свой бизнес.
- Тогда тебе остается только открыть маленький заводик в России. Не думаю, что запретят ввозить детали для изготовления оборудования. Будешь здесь вкручивать иглы в основания и продавать по тем же госконтрактам. Да, цена вырастет за счет себестоимости, но она у всех вырастет. А ты создашь рабочие места.
- Ага, каждый день мечтаю создавать рабочие места, прям сплю и вижу. Но идея нормальная. Дашь мне минуту – я напишу юристке, чтобы посмотрела, насколько возможен такой ход? Тогда она завтра с утра увидит, и к обеду у меня будет информация.
- Конечно.
Марина смотрит в свой телефон и быстро набирает пальцем текст. У нее такое решительное и одновременно сосредоточенное лицо.
- Тебе надо учиться расслабляться, - говорю я.
- Я абсолютно расслаблена, - отвечает она, не прекращая печатать, - Это меня психотерапевтка учит так говорить самой себе. Я абсолютно расслаблена, мои ноги тяжелые, руки тяжелые, глаза закрываются. Бред, короче.
- Ну, почему же бред? Многим помогает.
- Многим помогает такая чушь, о которой лучше и не знать.
- Например?
Марина откладывает телефон и смотрит на меня, широко улыбаясь:
- Я была в клубе БДСМ.
- Зачем? – смеюсь я.
- Избавиться от груза контроля. Почувствовать, что то, что вызывает у меня самые сильные триггеры, не страшно и даже приятно, если я в любой момент могу это прекратить. Научиться передавать контроль другому человеку и получать от этого удовольствие.
- Это тебе психотерапевтка посоветовала? Интересная дама. И как прошло?
- Отвратительно. Мне сразу стало страшно, некомфортно, мерзко, и я потребовала немедленно все это остановить.
- Ты пробовала нижнюю позицию?
- Ага.
- Попробуй наоборот, если интересно. Мне кажется, тебе больше подойдет.
- Пффф… Даже не знаю.
- Если хочешь, я не против подыграть. Мне бы, наверное, понравилось.
Марина задумчиво смотрит на меня и медленно качает головой.
- Нет. Я не смогу. Не могу смотреть, как мучается женщина. Даже порнуху не люблю из-за этого. Даже если там никого не избивают и не ебут в горло, все равно видно, что женщины только изображают удовольствие, а по факту им мерзко и неприятно. Я даже смотреть на такое не могу.
- Но это же совсем другое дело. В жизни, а не в порно, такое может и правда нравиться. Искренне.
- Нет, я не могу поверить в то, что какой-то женщине может это понравиться. То есть, мозгом могу, конечно, всякое бывает, но принять это, а тем более, в этом участвовать – ни за что.
- Ну, с мужчиной попробуй.
