– Или так, или никак! – сказал он строго и потряс перед Братаном сбруей. – Думаешь, это тебе позор? Это мне позор! Если переживем, закажу тебе нормальный мужицкий поводок с шипами и мышиными черепами. Договорились?
Неожиданно выяснилось, что договорились! Братан вздохнул и позволил надеть на себя сбрую. Выглядел он в ней, мягко говоря, странно, но Стэф решил не сыпать соль на рану.
– Шикарный лук! – сказал он с излишним оптимизмом.
Братан скептически фыркнул и направился к двери, поводок волочился за ним следом, как дохлая, украшенная стразами змея. Стэф поймал «змею» за хвост, зачем-то намотал на кулак, словно собирался на прогулку не с котом, а с пантерой.
– Как думаешь, он придет?
Аграфена нервно мерила шагами просторный холл выставочного зала. В отсутствие гостей, каждый шаг её каблучков эхом отражался от стен, а замысловатое дизайнерское платье, черное, невесомое и многослойное, походило на оперение диковинной птицы.
– Феня, он обещал. – Арес, одетый в элегантный костюм, нервно теребил узел галстука и в поисках утешения то и дело поглядывал в сторону Вероники.
Вероника сидела на мраморном кубе, предназначение которого было неясно, кажется, даже его создателю, и разглядывала свой маникюр. Одета она была не так экстравагантно, как Аграфена, и не так элегантно, как Арес, ограничилась коктейльным платьем цвета морской волны. Большие скопления народа она не любила по очевидным причинам, но отказать Аграфене не могла. Девочка, несмотря на свою кажущуюся смелость и задиристость, в вопросах самопрезентации всё ещё иногда терялась и нуждалась в дружеской поддержке.
– А она придет? – Аграфена остановилась. Дизайнерское платье колыхнулось и обвилось вокруг её гибкого тела.
– Феня, она обещала, – сказала Вероника тоном Ареса.
– А когда? – Аграфена бросила взгляд на наручные часики. – До открытия выставки остался всего час.
– Не всего час, а целый час, – успокоил её Арес и попытался обнять за плечи. Но обнимать Аграфену было все равно, что обнимать ветер. Она увернулась, снова принялась нарезать круги по холлу.
– Сделай что-нибудь, – шепотом взмолился Арес, косясь на Веронику.
– Сама справится.
Вероника мотнула головой. Волосы, скрепленные костяной совой, мягко колыхнулись от этого движения. Теперь, когда она знала, что гребень создал не кто-нибудь, а дядя Тоша, он стал для неё вдвойне дороже.
– Тогда сделай что-нибудь со мной. – Арес многозначительным жестом чиркнул себя ребром ладони по шее, страдальчески закатил глаза к потолку.
– И ты сам справишься. Она едет!
Вероника спрыгнула с мраморного куба, направилась к дверям.
– Кто? – Аграфена устремилась вслед за ней.
– Стеша.
– Откуда ты знаешь? – бросил ей вдогонку Арес.
Отвечать Вероника не стала, вместо этого толкнула тяжелую дверь, выходя на залитое теплым электрическим светом крыльцо.
Вовремя! Стеша уже выбиралась из своего внедорожника. На заднем сидении в нетерпении томился Зверёныш. В приемлемом для обывателей обличье. Оказавшись на воле, он раздраженно мотнул головой, словно стряхивая с себя невидимую воду, встал по правую сторону от Стеши. Надо сказать, выглядели они довольно колоритно. Стеша в маленьком черном платье, в туфлях-лодочках, с волосами, собранными на макушке в небрежный, но тщательно продуманный пучок. И здоровенный черный пёс с весьма недружелюбным взглядом и нервно подрагивающей верхней губой. На шее Зверёныша красовался ошейник, к которому он, похоже, относился точно так же, как Арес к своему галстуку. И вообще, было очевидно, что выход в свет он терпит исключительно из любви к Стеше.
– Ну, наконец-то! – Аграфена чмокнула Стешу в щеку, а потом сделала решительный шаг к Зверёнышу. Тот на всякий случай отступил и насторожился. – У меня для тебя подарок! – Из складок своего дизайнерского платья Аграфена вытащила алую атласную бабочку, сказала с отчаянной решимостью: – Это надо надеть!
Зверёныш посмотрел сначала на бабочку, потом на Ареса, протестующе заворчал.
– Извини, друг, – сказал Арес сочувственно. – Моего согласия тоже никто не спрашивал.
– Ради меня! – продолжала настаивать Аграфена, словно этот аргумент имел хоть какое-то значение для болотного пса. – Стеша, ты подумай, как будет круто! Тут мы все такие нарядные! А тут ещё и Зверёныш такой элегантный!
Зверёныш снова протестующе заворчал и попятился.
Стеша украдкой усмехнулась, забрала у Аграфены бабочку. Несколько минут ушло на уговоры, но дело закончилось победой красоты над здравомыслием. В бабочке Зверёныш выглядел, как серый волк, пытающийся сойти за спаниеля. Но Аграфена осталась довольна, а, что ни говори, это был её вечер! Её вечер – её правила!
– Ты как? – спросила Вероника, подходя к Стеше, которая, несмотря на жару, зябко ежилась.
– Нормально.
– Нормально или хорошо?
– Нормально хорошо. – Стеша едва заметно улыбнулась. – Он приезжал.
– Кто? – Ох, некрасиво дурить такую славную девчушку, но что не сделаешь ради дружбы?!
– Степан… То есть, Стэф. Он приезжал.
– К тебе? – Иногда для развития беседы нужно задавать вопросы. И совсем необязательно, чтобы эти вопросы были заковыристыми.
