Маркетолог от Бога полностью

Мы смотрим на уходящие поезда и арки до конца платформы – это красиво. Он говорит: «Я должен срочно снять это на айфон» – и снимает.

Федя не без самоиронии, мне это нравится. Мы разговорились. Он рассказал забавную историю о том, как они с друзьями сплавлялись на байдарках. Я ничего не запомнила, но долго смеялась. Спросила, занимался ли он каким-нибудь спортом. Он ответил: «Раньше я качался, но потом понял, что быть жирным – моя судьба».

Федя и правда крепыш, широкий, богатырского вида паренек, русый, голубоглазый, с румяным лицом и всеми признаками национальности РФ. Как говорит один мой друг (наполовину азербайджанец) – «типичная русня».

Подали нашу электричку на 9:36. Помню, Никита отговаривал меня от работы в Мытищах, потому что сложно будет ездить на электричках. Ничего сложного, скажу я вам. Садишься и едешь. Чисто, тепло, легкий запах железной дороги. Общее впечатление может остаться хорошим. Главное – не смотреть на соседнюю платформу, куда прибыл поезд из области в Москву: в нем людей столько, что живые завидуют мертвым. Они идут максимально плотным потоком, согнутые, с опущенной головой, как сгоревшие спички. Федя говорит: «Я назову это фото „Все тлен“» – и фотографирует.

Поехали. За полчаса в дороге можно узнать о человеке все. Кто такой этот Федя? Феде двадцать три, хотя я думала, тридцать пять. Но сейчас, когда мы сидим рядом и он отбросил серьезность, я вижу его беззаботный взгляд и понимаю, что двадцать три – никак не больше. Но есть у него во взгляде и такая прошаренность, по которой понимаешь, что человек знает обратную сторону луны. Знакомый нехороший огонек. Федя тоже слушает «Кровосток». Я это поняла, когда ответила фразой из песни, а он продолжил. Я сказала, что учусь в Литературном институте, – Федя признался, что раньше писал стихи. Довольно упоротые, как он выразился.

– Разные вещи творил.

– А потом? Покаялся? – смеюсь я.

Он вздыхает:

– Да уж, покаялся. Меня так выхлестывало, что сложно было не покаяться.

Мне нравится слово «выхлестывало», запомню его.

Болтали про детство. Однажды Федя поднял с земли камень, а это оказался редкий минерал. Он удивился, что сокровища могут лежать прямо под ногами.

Добрались до работы с небольшим опозданием. Втыкаемся в компьютеры. Обычная рутина.

Пришел Рома, похвастался новинками. На этот раз – большой мужской крест и маленькие образки.

– Солидный, – говорит Федя про крест. – Для солидных господ.

Мне больше нравятся те, что поменьше.

– Прелесть, – говорю.

– «Прелесть» не наше слово, – поправляет Рома и убирает новинки от меня, могла бы и догадаться. Разве не слышала, что дьявол прельщает?

– О’кей, – отвечаю я. – Пойду переделаю пятьдесят четыре объявления – «Прелестные детские крестики из серебра». Что за блин.

– Ладно, не расстраивайся, – говорит Рома, – я тебе и хорошую новость принес.

И рассказал, что видел крестик нашей мастерской во вчерашней серии одного популярного сериала на ТВ. Хорошая идея для поста. Я нахожу эпизод. Но герой фильма с нашим крестиком всю серию пьет как черт, валяется на полу в клубе, рвет на себе рубашку, хватает девушек за ноги. Ни одного нормального кадра! Что отсюда взять? Парень с нашим крестом, пьющий водку из горлышка, или парень, ползущий по клубу с нашим крестом?

– Ну е-мое, – жалуюсь Феде. – Такой инфоповод пропал.

Ведь что ни говори, а такие штуки действуют на людей. И не забавы ради я смотрю пляжные фото Валерия Меладзе.

С утра я, как новый сотрудник, у которого закончился испытательный срок, подписала бумагу о том, что уважаю правила компании и не буду ругаться матом, носить мини-юбки и вешать на рабочем месте плакаты неподходящего содержания. Так что все – живем в новом мире и не выделываемся.

Брякнула СМС с сегодняшней цитатой, но и она не радует. «Ты – человек, природа твоя удобоизменяема, соболезнуй о том, кто одержим недугом». С этим лайков не наберешь. Вообще непонятно, о чем это. Как Гегеля читаешь – в предложении шесть слов, но ни одно не значит то, что обычно. Вот и получается: светят лампочки, зреют яблочки, сила трения, с днем рождения. Слова понятные, а смысла им быть рядом не видно. Одни лишь ложные друзья переводчика с русского на русский.

Ладно. Бестолковая рассылка. Займусь лучше рекламой в поисковиках.

Собираю слова, по которым люди будут искать в интернете наш онлайн-магазин, а по каким не будут. Составляю семантические ядра, проще говоря. Это настолько монотонно и скучно, что Федя поймал меня за тем, как я засовываю наушники себе в ноздри.

Параллельно натыкаюсь на все новые сайты конкурентов, которые растут, как грибы после радиоактивного дождя. В основном они топорные и допотопные. Им далеко до нашего православного маркетинга 2.0. Что тут у нас? Редкая икона, которая исполняет желания? Очередная эксплуатация образа святой Матроны? Мы должны их всех обогнать, чтобы несчастный покупатель не попал в эти ловушки.

– Что делаешь? – спрашивает Федя.

– С «Благочестием» борюсь.

– Как?

– Смотрю фразы, по которым они рекламируются в поисковиках.

– Э, а что это за сайт такой «Воскресенье»? – вдруг спрашивает Юля.