Карлос ерзает у нее за спиной. Алин оборачивается и встречает его взгляд, по которому понимает, что ее слова задели его.
– Если я тебе это скажу, Алин, – внезапно переходит на «ты» девочка, – ты мне обещаешь, что вы оставите ее в покое? Она такая… человечная со мной.
Алин колеблется.
– Я не могу тебе дать такого обещания… Я в этом ничего не понимаю, я в полной растерянности. Я просто хочу помочь своим друзьям.
Тэм раздумывает.
– Мой отец лжет. У Эспинозы своя тайна. Валькариан тоже врет.
– Тэм!
– Поэтому я хочу быть уверена, что могу тебе доверять… – Алин ждет, она читает в глазах девочки, что та ей хочет что-то предложить. – Ты сможешь тоже быть мне подругой?
Алин кивает.
– Да… Да, думаю, мне это будет очень приятно.
– А подруги всегда откровенны друг с другом… Я делилась своими тайнами только с Культурой. Иногда с Изис… Поэтому у меня есть идея: ты мне рассказываешь секрет твоего друга, а я тебе – секрет Культуры.
Алин застывает на месте. Она думает о Карлосе. О Кэрол.
«С РЕБЕНКОМ НЕ ВСЕ В ПОРЯДКЕ».
– Я не уверена, что…
– Ну и ладно. – И Тэм демонстративно отворачивается совсем юным и трогательным движением. – Мне надоела ложь, – почти шепчет она. – Надоело быть инструментом… Я хочу слушать и говорить, хочу делиться! Я устала от журналистов, от критиков, от врачей, от политиков, от…
– Хорошо, хорошо… – прерывает ее Алин, подняв обе ладони в успокаивающем жесте.
– Алин, ты что творишь? – ворчит Карлос из-за стола Валькариан.
Она оборачивается, вид у нее подавленный.
– Мне не остается ничего другого, Карлос! Я хочу знать, как в этом замешаны родители Криса. Потому что, да… – Она снова смотрит на Тэм. – Я думаю, что… думаю, что я хорошая подруга. Если для того, чтобы помочь Крису, нужно немного приоткрыть твою личную жизнь, Карлос, это того стоит, правда? Ты в долгу перед ним, тебе не кажется?
Он яростно сжимает челюсти и медленно переводит взгляд с одной на другую. Алин чувствует, как ее моральная опухоль увеличивается в размерах, давит ей на виски. Она уже представляет, как Карлос взрывается и посылает все к черту, но говорит себе, что лучше уж пережить его приступ ярости, чем винить себя в том, что упустила шанс спасти Криса от несправедливости, жертвой которой он стал.
А потом ей внезапно приходит озарение, словно падающая звезда вспыхивает на мертвом небе.
– Карлос бьет свою жену, – быстро произносит она, и Тэм потрясенно смотрит на нее.
Есть кое-что похуже для признания: проблемы с ребенком Карлоса, но Алин ограничивается этой полуправдой, моральным пируэтом с мгновенным эффектом, который дает ей время подготовиться к продолжению.
– Новиград, – отвечает Тэм, даже не комментируя откровение Алин. – Культура пришла из Новиграда.
– Тэм! – в панике кричит Валькариан.
– Новиград? – переспрашивает Алин. – Лунная база?
Тэм кивает, а Карлос обрушивает кулак на стол.
– Ты продала меня за это, Алин? – рычит он. – Беги, спасай Криса с этой дерьмовой информацией…
Он обхватывает голову руками и ставит локти на стол. И только Изис, похоже, оценивает всю важность этого откровения.
– Это шутка? Тэм?
Девочка отрицательно мотает головой, и ее шевелюра из трубок и проводов шуршит позади нее в тишине.
– Джендал в курсе? – спрашивает Изис у Валькариан, которая начинает задыхаться. – Вы осознаете, что сотни военных там сейчас на ножах и ждут только подобной информации, чтобы вцепиться друг другу в глотки?
Алин пребывает в замешательстве от комментария Изис, испытывая неловкость из-за того, что наполовину солгала Тэм, и разочарование от того, что так и не выявила никакой очевидной связи между Новиградом и Ройджекерами.
По правде говоря, если лунная база окажется в огне и крови, ей, по большому счету, на это наплевать: она хочет прежде всего помочь Крису. Крису и Кэрол. Карлосу? Да, и Карлосу… Его она тоже спасет и будет потом успокаивать свою совесть, сидя за «Скраблом». Или за кружкой пива.
Поскольку она выглядит отстраненной, Тэм ее окликает.
– Ты ведь хотела сказать мне что-то другое, да? – Она пристально смотрит ей в глаза. – Или должна была сказать… Знаешь, вот уже пятнадцать лет все вокруг мне врут… Мне просто понадобилось еще несколько секунд, чтобы понять, что ты ненамного лучше других.
И с этими словами она отворачивается. Алин испытывает стыд: она пытается снова поймать взгляд девочки, но Тэм, похоже, предпочитает разглядывать холодные провода.
Алин вздыхает, стискивает зубы, затем оборачивается. Изис в ярости приближается к Валькариан.
– Она бредит! – выплевывает Валькариан, но Изис прижимает ее к стене. – Культура… Это искусственный интеллект-паразит!
– Это из-за него Тэм чуть не умерла? – рычит Изис. – Ты это знала и ничего не сказала?
– Нет! – восклицает Валькариан, выставив вперед ладони и снова начиная задыхаться. – Все как раз наоборот! Наномашины… Джендала… Они никогда не работали. – Она обводит взглядом присутствующих, испытывая неуместное удовольствие от их удивления. – Во всяком случае, не так замечательно, как нравилось говорить Джендалу.
– Это что еще за чушь? – произносит Изис, но Алин чувствует в ее взгляде зарождающееся сомнение.
