— «
Помимо воли Максима его веки закрылись и его вновь поглотил мрак.
Этим утром дождь лил словно из ведра. Дальше пары метров от себя было уже ничего не разглядеть. И весь мир был окрашен в серые цвета. Выжившие после долгих дней сражения воины собирали тела погибших товарищей, залечивали раны и собирались с духом, чтобы вновь выйти за пределы наспех собранных из повозок баррикад. Отступивший в ночи враг ставил перед командованием людей больше вопросов нежели ответов. Да и что за световое шоу было в центре скопления мутантов этой ночью? Вопросы… Одни лишь вопросы. Уставшим солдатам еще предстояли долгие дни дальней разведки. Куда бы так внезапно не пропали мутанты скверны это был подарок судьбы, и этим подарком нужно было воспользоваться как можно быстрее. Нельзя допустить, чтобы враг вновь настиг людей внезапно.
Несколько десятков всадников покинули пределы палаточного лагеря и разбившись на несколько групп отправились каждый в своём направлении. Одна из таких групп направилась прямиком в сторону Максима.
Максим лежал без сознания уткнувшись лицом в зловонную жижу из смеси грязи и снега. Невдалеке от него раздались хлюпающие звуки ступающей по топким лужам копыт. Звуки приближались, как вдруг замерли. Некоторое время за шумом ливня ничего не было слышно, но затем раздался громкий призывной свист. Лежавшего на земле мужчину осторожно окружило четыре всадника. Один из них спрыгнул с лошади и следом раздался приглушенный дождем металлический звон. Человек был с ног до головы облачен в стальные латы. Тяжело ступая и держа наготове длинный меч, он подошел к Максиму и осторожно пнул его латным ботинком. Ничего. Никакой реакции. Тогда он грузно присел на одно колено и закинув меч на плечо, поднял голову Максима схватив за длинные слипшиеся волосы.
— Человек, мужчина! — Громко выкрикнул он, стараясь перекричать шум бьющихся об доспех дождевых капель — на тканевой накидке не осталось живого места после долгих дней сражений. Сейчас она мало чем помогала.
— Следы мутации есть?! — Выкрикнул ему кто-то в ответ, вероятно командир отделения.
— Никак нет!
— Берем его с собой и возвращаемся обратно в лагерь! Сира Каррелиана может заинтересовать наша находка!
— Так точно, сэр! Помогите мне! — Солдат обратился к двум своим товарищам и те спрыгнув со своих лошадей поспешили к нему на помощь.
Подняв бессознательное тело Максима на круп одной из лошадей, отделение всадников поспешило назад в лагерь.
***
От ужасной тряски, Максим пришел в себя уже когда вокруг него замелькали десятки и сотни маленьких и больших палаток и шатров. Ушей его коснулись детские и женские голоса. Кто-то совсем рядом громко закричал, отдавая приказ какому-то нерасторопному солдату. Максим неприятно поморщился и дёрнулся. Тут он и понял, что был связан. Он дернулся еще раз, теперь намерено и гораздо сильнее стараясь вырвать у веревки слабину, но та не поддавалась и держала крепко словно липкая лента.
— Даже не пытайся, парень, — сбоку раздалось лошадиное фырканье и Максим повернул в ту сторону голову. Слипшиеся мокрые волосы частично закрывали глаза, но все же он сумел кое-как разглядел скачущего почти с ним вровень всадника.
— Давай договоримся, — тем временем продолжил всадник. — Ты не пытаешься доставить нам неприятностей, а мы не срываемся на тебе за все те дни, что мы пережили в этом аду. Идёт? Ты понимаешь меня?
— Да…, - едва слышно прохрипел Максим, но поняв, что его вряд ли было слышно, отрывисто кивнул и расслабился, обвиснув на лошадином крупу.
— Рад, что ты такой понятливый, — кивнул всадник и поддав шпоры, обогнал Максима, ускакав вперед. Звуки копыт быстро пропали за шумом ливня.
Долго терпеть тряску и проносящуюся перед глазами грязь дороги не пришлось. Спустя пару минут, лошади остановились перед тремя большими палатками. Всадники спешились и к ним подбежало несколько пареньков не старше тринадцати лет каждый. Они забрали у мужчин стремена и повели лошадей под отдельно стоящий огромный шатер — он видимо исполнял роль временной конюшни. Максим, сопровождаемый одним из всадников, отправился с ними.
— Дайте мне воды, — прохрипел Максим. — Хочу пить.
— Терпи. Без приказа сержанта я могу тебя только обезглавить. Хочешь?
— Весело тут у вас…
— Да, обхохочешься. А вот и сержант, — кивнул всадник на выходящего из большой палатки мужчину. Вслед за ним вышел еще один, он в отличии от сержанта не был с ног до головы закован в латы. Лишь в нагрудник.
