– Я не интересовался, сам понимаешь, – округлил глаза вождь. – Твой отец был страстным путешественником, практически беспрерывно мотался по миру и, наверно, приобрел ее на какой-нибудь распродаже. Как сейчас помню, в тот вечер бушевал дождь, самый настоящий ливень. Лоик Аллер возник у меня на пороге с этой штуковиной под плащем. Он был сильно не в себе, схватил меня за пижамные штаны и стал умолять, чтобы я спрятал шкатулку у себя, а спустя означенное время вручил ее его сыну, то бишь тебе. Его странные телодвижения объяснились сразу после того, как Лоик выдохнул мне в лицо изрядную долю углекислого газа, пропитанного ромом. Видно, он опрокинул пару-тройку рюмок в честь Медового праздника, потому и явился в тот пасмурный вечер ко мне в гости. Мне было совершенно несложно уважить человека, я принял шкатулку и пообещал срок в срок отдать ее в твое пользование. А спустя день он…
– Бесследно пропал, – закончил за вождя Даина Атим, крутя наследство отца в руках. – Думаете, он знал, что не вернется?
– Об этом остается только догадываться, – ответил Даин.
Атим поднес шкатулку к уху и резко потряс ею, словно погремушкой. Но изнутри не донеслось ни звука, как будто она была совершенно пустой. Атим попытался открыть крышку, но она вросла насмерть, и даже не пошевелилась.
– А ключ? Ключа он не оставил? – с надеждой спросил Атим у вождя.
– Ключа точно не было, – уверенно сказал Даин. – С другой стороны, куда его вставлять, там даже скважины нет.
Атим поморгал и в очередной раз исследовал шкатулку. И точно, в отличии от большинства себе подобных, эта шкатулка отличалась полным отсутствием каких-либо отверстий.
– Спрошу у дядюшки Ила, может, он что-нибудь знает, – решил Атим, бережно убирая шкатулку в карман пиджака. – Господин вождь, спасибо вам большое за то, что хранили ее столько лет. Теперь у меня есть настоящая память об отце. По правде говоря, я всю жизнь считал его… безответственным, что ли…
– Не за что, ведь это было нетрудно, есть она не требовала и на прогулку не просилась, стояла себе в укромном местечке, – ответил Даин. – Велеть проводить тебя до выхода?
– Сам справлюсь, ваш дом удивительно похож на дядюшкин, – сказал Атим, подходя к двери. – Знаете, странно то, что четырнадцать мне исполнилось несколько месяцев назад…
– Молодой человек, как вы думаете, сколько лет вашему вождю?
– Эээ… семьдесят? – предположил Атим и прикусил язык.
– Восемьдесят два, – отрезал Даин. – Поэтому, нет ничего страшного в том, что я слегка запамятовал и вспомнил о деле лишь намедни. Хотя я подготовился, записал напоминание на клочке пергамента, да только казус вышел.
– Какой?
– Забыл, куда его засунул, – признался достопочтимый вождь.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ГОСТЬЯ ИЗ ГЛУБИНЫ
Атим обхватил шкатулку двумя руками и принялся вдумчиво вертеть ее по часовой стрелке. Его не покидала надежда, что существует хоть малейшая возможность вскрыть ее без помощи ключика. Опрошенный дядюшка Ил клятвенно заверил племянника, что кроме маленького сына, брат оставил ему только кукиш с маслом. Но Атим доставал дядюшку раз за разом, заставляя его вспоминать малейшие фрагменты своей жизни, в который могла засесть заветная отгадка. Но дядюшка снова и снова отрицательно мотал головой и пристраивал Атима к какому-нибудь делу. Очень скоро сообразив, что с дядей кашу не заваришь, Атим отлип от последнего, вместо этого принявшись обыскивать весь дом вдоль и поперек. Он и сам не знал что именно искал, но загадочная шкатулка буквально кружила мальчику голову.
– А давай тюкнем его молотком легонько? – простодушно предложил Юн. – Уж очень интересно посмотреть что там внутри.
– А давай тебе по темечку молотком тюкнем?! – обозлился Атим. – Уж очень интересно посмотреть что там внутри! Боюсь, нас ждет страшное разочарование!
– Ладно, ладно, не кипи, – примиряюще прокряхтел Юн. – Но открыть ее все равно невозможно, остается лишь гадать о содержимом. Некрасивая шутка – дарить кому-либо наглухо задраенную коробку.
– Она какая-то странная, – тихо прошептал Атим, прикасаясь щекой к резной крышке. – От корпуса постоянно исходит тепло, такое приятное.
– Как думаешь, это как-то связано с тем, что внутри шкатулки? – задумчиво спросил Юн.
– Почем мне знать? – пожал плечами Атим. – Знаешь, мне думается, что в ней ничего нет. Абсолютно. Просто папа и впрямь купил ее на какой-нибудь заморской ярмарке, как есть, без ключа, и подумал, что шкатулка сойдет в качестве сувенира на память. Поставлю ее на полку, все-таки единственная вещь, напоминающая мне о родителях… по крайней мере, одном из них…
– Тут я способен дать тебе фору, – криво усмехнулся Юн. – Дом, в котором я живу с бабулей, принадлежал моим родителям, он сам памятник. Да и внутри полно вещей, которыми так или иначе они пользовались, а еще куча фотографий, портреты и прочая мелочевка. Странно все-таки, что от твоего отца там мало осталось.
– Этот дом в собственности у дядюшки Ила, – сказал Атим. – Отец наезжал сюда нечасто, жил от силы одну неделю в году. Откуда здесь взяться его пожиткам?
