Мэгги слушала с удивившим ее спокойствием. Хадсон говорил тоном заговорщика.
– Черт возьми, Шерри, я же просил тебя не звонить сюда.
– Хадди, дело срочное…
– Нельзя подождать до завтра? Позвони мне в офис.
– Не могу. Я буду на работе. Нам не разрешают звонить в другие города. Кто-то из девчонок может меня выдать. Нас никто не слышит? Твоя жена далеко?
– Она скоро появится. Что тебе надо?
– Хадди, я узнала результаты анализа. Я определенно залетела.
– Господи, опять!
– Я не виновата, что диафрагма соскочила. А ты ничем не пользуешься.
– Тот же доктор в Джерси?
– Да, но он поднял цену до тысячи.
– Хорошо, сделай это.
– Хадди, он просит заплатить наличными. Я договорилась на следующий понедельник.
– О’кей. Я буду в Нью-Йорке в воскресенье и дам тебе деньги – нет, лучше я это сделаю на неделе. Мэгги может что-то заподозрить, если я уеду в воскресенье. Встретимся в четверг. Буду у тебя в восемь. Господи, если бы моя жена беременела так же легко, как ты! Избавление от твоего ребенка обходится в тысячу долларов – ее же принес бы мне миллион.
Он опустил трубку. Мэгги подождала, когда линия отключится. Затем медленно положила свою трубку. Она потеряла голову. Ничего похожего с ней не случалось. Она читала о том, как это бывает с другими людьми, – с ней это произойти не могло. Скандал не приведет ни к чему хорошему. Ей было двадцать два, она ничего не умела делать. Разведенная женщина, даже с алиментами, обречена в Филадельфии на одиночество. Она попала в ловушку.
Мэгги ничего не сказала мужу о Шерри; она поступила в любительский театр-студию. Хадсон не возражал. Он обрадовался появлению свободных вечеров. После второго спектакля режиссер с местного телевидения пригласил Мэгги читать прогноз погоды. В первый момент она испытала желание отказаться, но потом поняла, что эта работа позволит занять чем-то свободное время.
Она отнеслась к ней весьма серьезно. Стала смотреть телевизионные программы. Ежедневно занималась с преподавателем дикции и делала успехи. Через шесть месяцев Мэгги перевели в отдел новостей и доверили вести собственную получасовую ежедневную передачу, которая называлась «Мэгги – светская девушка». Она брала интервью у местных и приезжих знаменитостей на самые разные темы – от моды до политики. За короткое время Мэгги сама приобрела известность. Когда она входила с Хадсоном в ресторан или театр, люди поворачивали головы в их сторону. Муж относился к ее успеху с презрительным удивлением.
Он заменил Шерри на девушку по имени Ирма, работавшую у него в конторе. Теперь Хадсон не утруждал себя объяснением причин своего отсутствия по вечерам. Однако регулярно, три раза в неделю, занимался с Мэгги любовью. Она уступала молча и равнодушно. Больше чем когда-либо Мэгги мечтала о ребенке.
Так безрадостно прошли три года брака. Она не беременела, хотя все обследования говорили о том, что Мэгги абсолютно здорова. Иногда она спрашивала себя, как долго они будут плыть по течению. Что-то должно было оборвать эти бессмысленные отношения.
Это произошло случайно. Обед в честь «Мужчины года» готовился несколько месяцев и весьма тщательно. Он должен был состояться в первое воскресенье марта. Мэгги как местная знаменитость вошла в состав оргкомитета. Ей отвели место за столом для почетных гостей. Там же должен был сидеть мэр. Чествовали собиравшегося уходить в отставку судью Оукса. Робина Стоуна пригласили произнести речь.
Мэгги читала статьи Робина Стоуна. Небогатый журналистский опыт Мэгги свидетельствовал о том, что газетчики редко соответствуют тому образу, который возникает при чтении их публикаций. Фотопортрет мужественного, коротко остриженного, безжалостного Робина Стоуна гармонировал с его статьями. Интересно, что он представляет собой в жизни, спрашивала себя Мэгги.
К шести часам она переоделась и стала ждать мужа. Хадсон не приходил. Он всегда проводил воскресенья в загородном клубе. Позвонив туда, Мэгги узнала, что сегодня его там не было. Ей следовало догадаться – очевидно, он развлекался с очередной любовницей.
Нет, она не пропустит этот прием. Возможно, это ее единственный шанс познакомиться с Робином Стоуном. Обычно после обеда почетные гости спешат на поезд. Мэгги взглянула на часы. Если она выйдет из дома немедленно, то не опоздает. Хадсону придется ехать одному.
Добравшись до отеля, Мэгги сразу направилась в Золотой зал. Робин Стоун стоял в центре маленькой группы. Он держал в руке бокал мартини и вежливо улыбался.
Мэгги взяла с подноса чуть тепловатое виски с содовой. К ней подошел судья Оукс.
– Идем, я познакомлю тебя с нашим гостем. Он уже покорил всех наших жен.
Когда судья Оукс представил Мэгги, Робин улыбнулся:
– Ведущая обзора новостей? Послушайте, вы чересчур красивы для этой работы.
Затем он вдруг отвел ее в сторону и взял за руку:
– В вашем виски нет льда.
– Поэтому его противно пить, – отозвалась Мэгги.
Он допил свой мартини и отдал бокал судье.
– Мы достанем вам немного льда.
Робин повел Мэгги к бару.
– Не оглядывайтесь, – шепнул он. – Они идут за нами?
– Наверно, только провожают нас изумленными взглядами, – улыбнулась Мэгги.
