– Все в порядке. Ты улетаешь в шесть. По-моему, ты сумасшедший, раз спешишь в Нью-Йорк. Элли, моя знакомая из авиакомпании, говорит, что там минус десять. Перед Рождеством город сошел с ума. Везде мусор, возле каждого магазина – Санта-Клаус с колокольчиком, такси не поймать…
Он покачал головой, передернул плечами.
Робин посмотрел на пустой бокал и жестом попросил официанта повторить заказ.
– Я бы охотно остался, но у меня важная встреча в рождественский вечер.
Робин выпил четыре мартини. Мэгги, потягивая вторую порцию виски, снова восхитилась его способностями. Но в ту ночь в Филадельфии он тоже казался абсолютно трезвым, хотя и признался ей, что сильно пьян. Он был настолько пьян, что даже не запомнил ее! Они отправились в «Фонтенбло» и встретили там Сэмми Дэвис. Мэгги съела бифштекс. Робин методично поглощал водку. Энди старался не отставать от друга.
В конце концов они оказались в баре на Семьдесят девятой улице. Воздух там был голубым от дыма. Робин заказал бутылку водки. Шум мешал беседовать. Робин пил молча.
К часу ночи Энди отключился. Мэгги и Робин дотащили его до машины.
– Доставим Энди домой, потом я подброшу тебя, – сказал Робин.
– Но мой автомобиль стоит возле «Дипломата», – заметила Мэгги.
– Завтра съездишь туда на такси. Расходы отнеси на счет телекомпании – скажешь Энди, что он дал на них добро, прежде чем отключился.
Она указала ему дорогу к дому Энди. Робин попытался вытащить друга из машины.
– Ну и тяжесть, – пожаловался он. – Мне нужна твоя помощь, Мэгги.
Вдвоем они доставили Энди в его квартиру. Робин положил Энди на кровать, ослабил ему галстук. Мэгги забеспокоилась. Она никогда не видела человека, напившегося до бесчувствия. Робин успокаивающе улыбнулся ей:
– Сейчас его не разбудить даже твоим летающим тарелкам. Утром он помучается, но выживет.
Они спустились к машине.
– Я живу в соседнем квартале, вон в том длинном невысоком доме, – сказала Мэгги.
– Выпьем где-нибудь по последнему бокалу?
Она отвела его в маленький бар, расположенный неподалеку. Хозяин узнал Робина, поставил на стойку бутылку водки и завел беседу о профессиональном футболе. Мэгги сидела с бокалом разбавленного виски и слушала мужчин. Робин казался абсолютно трезвым. Это было невероятно!
Когда бар закрылся, Робин отвез ее домой.
– У тебя есть водка? – сидя в темной машине, спросил Робин.
– Нет, только виски.
– Жаль. Спокойной ночи, Мэгги, вечер был чудесный.
– Спокойной ночи, Робин.
Она собралась выйти из машины, затем вдруг повернулась к Робину и поцеловала его. Выскочила из автомобиля и побежала к дому.
Мэгги находилась в приподнятом настроении. Мужчина всегда первым целует девушку. Она же взяла инициативу в свои руки. Почувствовала себя свободной. Нарушила неписаный закон. Раздеваясь, Мэгги пела. Она стала надевать ночную рубашку, затем отбросила ее в сторону. Отныне она будет спать голой. Ей всегда этого хотелось, но она считала это неприличным. Подойдя к шкафу, Мэгги вытащила из ящика все ночные рубашки и положила их в сумку. Завтра горничная получит подарок. Мэгги легла в постель и погасила свет. Прохладные простыни были восхитительны – Мэгги испытала неведомое ей прежде ощущение свободы. Ей не хотелось спать, но она закрыла глаза…
Кто-то стучал в дверь. Мэгги включила лампу и посмотрела на часы. Четыре тридцать. Удары становились все более настойчивыми. Она накинула халат и приоткрыла дверь, не снимая цепочки. Увидела Робина Стоуна с бутылкой водки в руках.
– Я принес свою! – произнес он.
Она впустила его.
– Я обнаружил ее в моем номере – подарок от администрации. Но мне не хотелось пить одному.
– Тебе нужен лед?
– Нет, я пью без льда.
Мэгги протянула ему бокал и села на диван. Внезапно Робин повернулся к девушке:
– Я надрался.
Она еле заметно улыбнулась. Жилка запульсировала на ее шее.
– Хочешь меня, детка?
Мэгги встала с дивана и прошлась по комнате.
– Я хочу тебя, – медленно произнесла она. – Но не сегодня.
– Завтра я уезжаю.
– Останься еще на день.
– Чем завтрашний день отличается от сегодняшнего?
– Я хочу, чтобы ты меня запомнил!
Повернувшись, она посмотрела на него в упор.
– Покажи класс, детка, и я никогда тебя не забуду.
В ее взгляде появилось любопытство. Робин быстро шагнул к Мэгги и распахнул ее халат. Она вцепилась в ткань, но Робин сорвал халат с Мэгги. Отступил на шаг назад, задумчиво разглядывая ее тело. Она преодолела смущение и выдержала его взгляд.
– Большие красивые груди, – сказал он. – Ненавижу большие груди.
Неожиданно Робин поднял ее и бросил на кровать:
– Брюнеток я тоже терпеть не могу.
Он снял пиджак, ослабил галстук. Мэгги вдруг стало страшно. В его глазах застыло странное выражение – он словно не видел ее. Она вскочила, но Робин толкнул Мэгги; она снова оказалась на кровати.
– Ты не уйдешь от меня, я теперь большой мальчик.
Голос Робина звучал как-то странно, он словно обращался к самому себе. Сейчас у него были глаза незрячего человека.
