Распоясалась рядом с Лессой, разболталась. Тьма обиженно засопела, а я толкнул дверь. В нас тут же полетел боевой пульсар. Я схватил Лессу и повалил на пол, стараясь закрыть от враждебной магии. Тьма накрыла нас куполом. Можно было бы стереть всех, кто встал на пути, но нужно же кого-то допросить! Поэтому я осторожно пустил тьму по полу, ожидая, когда кто-то не особо искушенный попадется в ловушку. Удалось! Один неверный шаг – и жертвы забились в моих путах, как мушки в паутине. Я поднялся, подал руку Алессии. Их было трое. Все трое – маги. От Лессы повеяло неприязнью.
– Знаешь кого-то? – обернулся к ней.
– Этого, – она указала на совсем юного парнишку. – Он притащил Феона в мой дом и обманом заставил применить магию.
– Этот, значит. – Я прищурился. Парнишка побелел и медленно осел на пол. Но меня сейчас больше интересовали Феон и Конни, а этих горе-служащих я отправлю в столицу, в главное управление канцелярии. И пусть потом попробуют объяснить, откуда
Обошел добычу и шагнул в гостиную. Друзья нашлись там, связанные по рукам и ногам. Склонился над ними, аккуратно разрезал веревки кинжалом, и Лесса тут же кинулась к Феону – лечить царапину на руке. А Конни пристально взглянула на меня – и улыбнулась.
– С возвращением, Эдмонд, – сказала она.
– Спасибо, – ответил я, заметив, как едва заметно напрягся Феон. Да, теперь его враг может дать отпор. Значит, наша битва состоится. – Феон, как хорошо ты знаешь парня, который когда-то притащил тебя в дом Лессы?
– Он был среди тех, кто напал на мой дом, – ответил тот.
Понятно. Значит, появляется еще одна причина его допросить. Я оставил Лессу возиться с бывшими пленниками, а сам пошел обратно – туда, где бились в паутине тьмы служащие тайной канцелярии.
«Тьма, подай мне этого, слева», – попросил у своей невольной помощницы.
Путы дернулись, «птичка» забилась в силках, но у Тьмы не выпросишь пощады. Она шевельнулась удушающим облаком, и предводитель отряда поплыл ко мне, зависнув над землей.
– Вы кто такой? – завопил он. – Я – служащий тайной канцелярии. Вы знаете, что вам за это будет?
– Кто я такой? – усмехнулся. – Канцлер Виардани Эдмонд Фердинанд Лауэр. И лучше бы ты спросил, что за такой произвол будет тебе.
Добыча замерла, вытаращив глаза. Да, в Виардани боялись одного моего имени. Но пора напомнить, что имя – всего лишь звук, а за ним скрывается человек. Человек, который способен растереть любого в порошок.
– В-ваша светлость, – пробормотал парнишка. – Вы?
– Я, – кивнул. – Имя?
– К-кессель. Ант Кессель. Старший служащий Аури.
– Бывший старший служащий, – поправил я.
– Но почему? Я же н-не знал, что это вы. Прошу простить.
– Своего канцлера надо знать в лицо, – хмыкнул я. Шутил, конечно. Скорее, не в лицо, а в маску.
Но Кессель воспринял все слишком серьезно:
– Прошу прощения, не узнал.
– Допустим. – Я сдержанно кивнул. – Тогда отвечай на вопросы, Ант Кессель. Во-первых, кто дал тебе право вершить суд от моего имени?
– К-какой суд? – Тот вытаращил глаза. – Это дом государственной преступницы, объявленной в розыск по всему Виардани. Я лично способствовал ее аресту.
А в глазах-то не просто страх – кромешный ужас. Кессель прекрасно понимал, насколько зыбки его обвинения, но привык, что здесь, на задворках огромного королевства, он – король и бог.
– С каких это пор исцеление раненого приравнивается к государственному преступлению? – холодно спросил я. – Или этот закон приняли без меня?
– Н-нет, ваша светлость.
А Тьма чуть сильнее сжала тиски, и Кессель затрясся, стараясь сохранить остатки воздуха.
– Но индекс… – пролепетал он.
– Индекс – что? Алессия Адано требовала с вас деньги за помощь? Или же, может быть, с помощью магии пыталась вас убить? Не надо списывать на индекс подлость собственной души!
– Прошу простить, – пролепетал Кессель.
– Прощения не будет. Но у меня остались еще вопросы. Например, напомните, любезный Кессель, когда это я отдавал приказ разорить дом покойного маршала Лейсера и уничтожить его семью?
– Мы пришли с обыском, – пытался оправдаться этот почти что покойник. – А сын маршала на нас напал, и мы…
– Убили его сестру, которая на вас не нападала.
– Это была случайная жертва!
– Феон? – обернулся я.
Лейсер стоял за спиной, сжимая кулаки в бессильной ярости. Как еще не вмешался?
– Илана открыла им дверь, – тихо ответил он, но едва слышный голос был страшнее крика. – Они схватили ее, затащили в дом. Я кинулся на помощь. Они отшвырнули меня, избили, а Илану убили, потому что сопротивлялась. И тогда… тогда я убил одного из них. Я был при смерти, и меня оттащили к Лессе. Решили одним выстрелом убить двух зайцев.
– Ты слышал, Кессель, – я снова обернулся к главному служащему. – Признаешь ли ты свою вину?
– Да, – тот опустил голову, поняв, что окончательно пропал.
– Почему вы пришли в дом маршала Лейсера?
– Хотели ограбить.
– Не верю! Или ты говоришь правду, или умирать будешь месяц, клянусь.
– Нам приказали. – Кессель едва не терял сознание от страха.
– Кто?
Кессель молчал.
– Ты все равно уже не жилец, но я могу дать тебе быструю смерть. Отвечай: кто?
