– Нет, что ты! Она никогда не кричит. Разговаривает тихо. Четко выговаривает слова, будто ты какой-то слабоумный. И смотрит холодно и презрительно. Каждый раз нотация начинается с тяжелого вздоха и слов: «Ты опять разочаровал меня, Райан». Ненавижу ее спокойствие! Лучше б уж кричала, как отец. Это было бы куда проще вынести, и всегда можно было бы поорать в ответ. А здесь…
– А здесь у тебя пропадает голос, – закончила я за него. – Ты сжимаешься в комок, смотришь в пол и ждешь, когда эта экзекуция закончится. Внутри ты бесишься, но стоит хоть чуть-чуть повысить голос или возразить, опять получаешь тяжелый вздох и недовольное покачивание головой. Я знаю, что это такое. Может, с родителями мне и повезло, но бабушка была именно такой. А в детстве я много времени проводила у нее, пока родители обустраивали очередной дом после переезда.
– Ты понимаешь… – Райан крепче меня обнял. – И ей невозможно угодить. Невозможно! Что бы я ни делал, всегда найдется повод для еще одного замечания. Любое! Футболка мятая, кроссовки пыльные, оценка за проект ниже ожидаемого. Повод найдется всегда! И пусть в последнее время придирок меньше, легче не становится. Я просто стараюсь реже с ними видеться. Год из года я брал все возможные дополнительные предметы, только чтобы проводить дома как можно меньше времени. Хоть тут мама была довольна. Еще бы! Ее сын такой старательный!
Я чувствовала, как его сердце забилось чаще. Он злился. Пришел мой черед обнять его покрепче.
– Тебе осталось потерпеть до конца учебного года, а потом колледж. Выбирай любой и уезжай!
– Я ведь говорил, что и на этот счет у них свои планы. Но я возлагаю большие надежды на наш проект! – Я по голосу поняла, что Райан улыбнулся. – Я нашел интересный конкурс. Победитель получит стипендию в Колумбийском университете и стажировку в одной крутой компании. Ты ведь не против этой авантюры?
– Когда ты собирался мне об этом сказать? – возмутилась я, поднимая голову, чтобы заглянуть в его наглые глаза.
– Вообще-то сегодня вечером. Я только вчера получил подтверждение, что наш проект подходит под критерии конкурса. Сэм, ты только представь, какая это возможность!
Саманте Баркер стоило бы радоваться. Любой ученик старшей школы был бы счастлив. А у меня сердце ушло в пятки. В моей ситуации стипендия с ним в одном колледже – не слишком хорошая идея.
– Райан, такое нужно обсуждать! А что, если я не хочу учиться в Колумбийском? Что, если я не хочу стажировку? Может, я уже выбрала что-то совсем другое!
– Но ведь ты еще этого не сделала. – Парень не мог взять в толк, что не так.
– Это детали. Какие условия у конкурса? Они знают, что авторов двое? Что, если…
– Сэм, Сэм! Успокойся! – Райан приложил палец к моим губам и широко улыбнулся. – Я еще ничего не сделал. Только узнал, что мы в принципе можем участвовать. Если ты согласишься, нам придется неплохо переработать приложение и добавить уйму функционала. Работы будет много, но мы справимся.
– Я-то не против, но… но ведь ты знаешь, что толку от меня в проекте немного. Почти вся работа твоя. Для оценки в школе моего участия достаточно. Конкурс – это слишком.
– Почему?
– Если мы выиграем, я незаслуженно получу приз. Это неправильно.
– Я, конечно, могу указать себя единственным автором, но это нечестно по отношению к тебе. Поэтому не забивай себе голову. Либо вместе, либо никто.
– Стой! Нет. Боже… – Я паниковала по непонятной причине и не могла найти слов.
Такого для меня не делал никто. Все, что случалось со мной в жизни, было результатом моих усилий или их отсутствия. Я старалась не просить помощи и ни на кого не рассчитывать. А тут мне просто не оставляют выбора. Я приподнялась на локте, заглянула Райану в глаза и спросила дрогнувшим голосом:
– Зачем тебе это?
– Ты мой лучший друг, Сэм, – тихо ответил он и улыбнулся. – Эй, ты что, плачешь?
Я и сама не заметила, как у меня на глазах выступили слезы.
Чертова эмоциональность! Чертовы гормоны! Чертовы таблетки! Что же с тобой происходит, Сэм!
Парень улыбнулся еще шире и легким прикосновением смахнул каплю у меня со щеки.
– Ты такая странная, – прошептал он и чуть подался вперед.
– Извините, что прерываю занятия, но… Райан! – Услышали мы возмущенный женский голос.
Меня будто ведром ледяной воды окатили. Я отпрянула от парня, села, выпрямив спину, и замерла.
– Мама, ты обещала стучаться! – заорал в ответ он.
Надо признать, выдержке миссис Кросс мог бы позавидовать любой политик. Я видела легкие морщинки, появившиеся у нее на лбу: женщина отчаянно пыталась не хмуриться, чтобы ничем не выдать свое неудовольствие.
– Прости, я забыла о нашей договоренности, – спокойно отреагировала на крик она. – Не думала, что могу помешать вашим занятиям. Я просто хотела узнать, сколько вы планируете здесь сидеть и останется ли Саманта на ужин.
– Мы будем сидеть тут столько, сколько сочтем нужным. – Парень соскочил с кровати и в пару широких шагов оказался у двери. – К ужину нас не жди.
– Райан, стоило бы спросить у гостьи, – с нажимом произнесла миссис Кросс.
– Мы. Есть. Не будем, – жестко ответил он и взялся за ручку двери. – Спасибо.
