"Церебральный артериосклероз, эмболия, вазоренальные расстройства, — пробормотал он. — Их тоже пропускаем. Они как правило появляются в очень преклонном возрасте. Когда-нибудь шла пена изо рта? Приступы эпилепсии? Нет?"
"А вот теперь немного теплее", — продолжил он, и обеспокоенный Роджерс, естественно, сразу почувствовал что ему тоже вдруг стало жарко.
"Инволюционная меланхолия", — объявил Код.
Он задумался, оценил симптомы и засомневался. Отрицательно качнул головой.
"Не подходит, — убежденно сказал он наконец. — Разве что у тебя сейчас менопауза".
Напряженно ожидавший, какой приговор ему вынесут, Роджерс от облегчения разразился истеричным визгливым смехом.
"Уж надеюсь, что нет!"
Код вежливо посмеялся вместе с ним.
"Тебе еще нет тридцати, с карьерой все в порядке — нет, ты никак не похож на инволюционного меланхолика".
"Господи, сколько ужасных вещей может произойти с человеческим рассудком! — не в силах сдержать восторженное удивление воскликнул он. — Очевидно, причина в нашем необычайно развитом интеллекте. Уверен, животным недоступны такие удивительные расстройства!"
Он продолжил чтение.
"Болезнь Альцхеймера, рассеянный склероз, болезнь Паркинсона, хорея Гентингтона… — у тебя никогда не возникало непреодолимого желания потанцевать, а?"
"Потанцевать? Потанцевать? Что ты имеешь в виду?"
"О чем я только думаю! Это вовсе не танец, а подергивания, конвульсии. Вот к чему приводит увлечение греческим языком! В любом случае, болезнь Гентингтона передается по наследству и лечению не поддается. Даже если бы мы нашли ее у тебя, ничего не смогли бы сделать".
Тут его внимание привлекло другое слово.
"Неоплазма, — нараспев произнес Код, наслаждаясь его красотой. — Неоплазма".
"Что "неоплазма?"
"Иными словами, рак. Нет, нет, тебе не о чем беспокоиться! — поспешно воскликнул он, увидев бурную реакцию Роджерса. — Уверяю тебя, я абсолютно, абсолютно убежден, что никаких неоплазм у тебя нет!"
"Несмотря на твой Witzelsucht, — добавил он, — особенность, которую ты несомненно приобрел в силу своей профессии, а не природной склонности".
"Что еще за вит… как его там?"
"Witzelsucht. Манера постоянно шутить и каламбурить, — небрежно пояснил Код. — Тем более, что ты у нас Дева, верно?"
"Я — дева? — обескуражено повторил Роджерс. — Почему? А, понятно, Дева! Да, верно, но какое это имеет отношение к нашему разговору?"
"Видишь ли, у рожденных под знаком Девы никогда не бывает неоплазм. Хорошо известный научный факт. Очевидно, дар Всемогущего в память о Богородице".
Роджерс разинул рот от удивления, но прежде чем он успел уловить связь, Код перешел к оставшимся четырем типам психозов. Он сразу же отверг десятый, одиннадцатый и двенадцатый, причем отметил: "Удивительно! Знаешь, как называется десятый? "Недиагностируемые психозы"! Какое стремление к полноте охвата!", а потом вернулся к девятому.
"Но уж здесь, по крайней мере, мы должны обнаружить то, что нужно: "Психозы психогенного происхождения, либо без установленной причины или структурных изменений".
"Значит, ты нашел ответ? Ты знаешь, чем я болен?
Код задрал брови.
"Нет, нет, старина, я вовсе не
"Невроз страха, — начал он. — Скажи, ты не испытываешь недостатка в сексе?"
Роджерс счел себя глубоко оскорбленным. Это был первый вопрос, который по-настоящему задел его чувства. Он грудью стал на защиту своей потенции.
"Да, да, конечно, — кивнул Код. — Как глупо с моей стороны. Хорошо, тогда попробуем "Навязчивые идеи". Скажи, тебе никогда не казалось, что надо повторить то, что уже сделано? Скажем, убедиться, что ты запер дверь, выключил газ, завязал шнурки на ботинках?"
Но он тут же отверг новый вариант, даже не дождавшись ответа.
"Забудь. Мы все так ведем себя время от времени. Подобные вещи опасны, только если превращаются в манию".
Он быстро перечислил новые симптомы.
"Булимия — нездоровый аппетит; анорексия — полное его отсутствие; torticollis, или кривошея; Shhnauzkrampf — искривление рта".
"Было с тобой когда-нибудь такое? Нет? Хорошо".
Последовала долгая пауза. Кажется, Код погрузился в размышления, забыв обо всем. Роджерс нервно повертел в руке пустой стакан.
"Ну… а теперь что?"
Код словно очнулся.
"Извини, старина! Боюсь, я немного отвлекся! Я размышлял о маниакально-депрессивном психозе. Нельзя не отметить, что многие из упомянутых здесь симптомов, — патологическая лживость, истерическое повторение, нездоровое возбуждение, — как бы поточнее выразиться… Я хотел сказать, что аналогичные признаки можно найти в некоторых образчиках низкопробной рекламы…"
"Надеюсь, ты не намекаешь на…" — начал Роджерс с оскорбленным видом, но Код торопливо прервал его.
