У Изабеллы подкосились ноги, потому что она уже поняла, что ее новый экзаменатор будет в разы страшнее прежнего.
И в подтверждение своих мыслей она услышала голос Рикардо, объявляющий, что девушкам было бы несправедливо давать одинаковые задания, потому что уровень знаний Изабеллы по объективным причинам выше, чем у Керолайн. В связи с этим, а также для полной ликвидации любого поползновения в сторону подсказки, у каждой ученицы будет свой педагог.
Девушек, успевших сесть практически на колени друг к другу, тут же рассадили по разным углам комнаты, снабдив всеми необходимыми предметами для контрольной – фрейлина осталась за привычным овальным столом, Изабеллу же переместили к небольшому письменному трюмо.
Подруги остекленевшим взглядом наблюдали за последними приготовлениями молодых людей, что-то оживленно показывающих друг другу в книгах, и периодически затравленно смотрели в сторону спасительной двери. Керолайн сидела совершенно пунцовая, Изабелла же, напротив, умудрилась побледнеть до смерти даже сквозь свою от природы смуглую и уже успевшую загореть кожу.
Наконец, их мучители обо всем договорились и, вооружившись стопкой книг, подсели к своим испытуемым.
Экзамен должен был пройти в три этапа. Первый – письменный перевод с французского на испанский десяти-пятнадцати предложений, отражающих все выученные сегодня правила. Второй – прочтение и пересказ текста на испанском с ответами на сопутствующие вопросы. И третий – свободное общение на тему, выбранную экзаменатором.
Изабелла сидела ни жива, ни мертва. У нее не было шанса не то, что ошибиться, но даже ошибочно подумать. С такой страшной контрольной работой она еще никогда не сталкивалась. И если бы дело было только в этом противном предэкзаменационном мандраже, тысячелетиями изматывающего всех учеников всех времен и народов… Но тот, кто сидел рядом с ней и собирался проверять ее знания, внушал ей несравненно больше трепета, чем какая бы то ни была проверка.
Изабелла забыла обо всем – о письме из Англии, о собственном ответе Георгу III, о своей новой жизни, и даже о том, как умудрилась сегодня утром ляпнуть Керолайн такую дикую фразу, причем в полный голос и, как следствие, во всеуслышание чуткого и любящего брата.
Все, что она видела и слышала и чем жила в данную минуту, были взгляд и речь молодого человека.
Ориентируясь на записи пройденного материала, которые Рикардо накидал на скорую руку, Зорро предложил своей подопечной десять обычных фраз и еще пять усложненных, сочетающих в себе сразу несколько правил. Девушка за эти несколько минут практически вросла в свой лист бумаги, боясь даже вздохнуть, чтобы ненароком не пропустить ни единого звука из губ своего учителя. При этом в моменты, когда он замолкал, можно было услышать не только звук пересыпания волос по плечам Изабеллы, но и ожесточенный скрежет пера Керолайн на другом конце зала.
Изабелла даже не поняла, как закончилась первая часть ее экзамена. Едва она успела поставить последнюю точку, как Зорро изъял у нее бумагу и положил перед ней раскрытую книгу. По всей видимости, проверка письменного задания планировалась в конце.
Текст был жутко сложным для восприятия, потому что незнакомым было практически каждое второе слово. Если говорить обобщенно, предложенная страница содержала краткое описание социально-экономического устройства Японии в 1338-1563 годах. Этот период истории страны назывался Муромати и характеризовался качественным изменением в сельском хозяйстве, торговле, производстве и уровне жизни...
Вобщем, Зорро выбрал именно ту часть земного шара и такой период времени, который Изабелла ни при каких обстоятельствах не могла затронуть в своем курсе изучении истории и, следовательно, не могла прибегнуть к услугам своих знаний и памяти.
Молодой человек дал ей прочитать отрывок текста лишь раз и тут же потребовал его пересказать. Бледнея и запинаясь, Изабелла судорожно начала заменять простыми синонимами все незнакомые ей слова, о смысле которых во время прочтения она догадывалась лишь интуитивно. Ее педагоги хорошо натаскали ее на запоминание текстов, поэтому для нее не составило труда следовать четкому плану изложения в своей голове, но эти незнакомые сложные слова… Она вертелась, как уж на сковородке, пытаясь обойтись имеющимся в ее распоряжении словарным запасом, и пару раз ей пришлось городить целое сочинение, чтобы объяснить такие выражения, как тягловая сила животных и процветание ростовщичества.
Она потратила на это столько сил и времени, что Зорро, похоже, сжалился над ней и не стал задавать никаких вопросов. Хотя, с другой стороны, она так подробно обмусолила весь текст, пытаясь пересказать его слово в слово, что вопросов по нему уже, скорее всего, не должно было остаться.
Что касается третьей части – молодой человек, напротив, взял до боли известную ей тему политического устройства Британии в позапрошлом веке, чтобы дать ей возможность свободно вести диалог.
В целом, экзамен продлился едва ли больше получаса, но девушки свалились на диван равномерно позеленевшие и совершенно измотанные.
