Первым делом она доложила, что Изабелла находилась сейчас в тех самых Пещерах, в которых уже имела удовольствие присутствовать на красочном ритуале несколько недель назад. Потом голос извинился за беспорядок, который здесь царил, но объяснил, что Пещеры так и остались заброшенными после взрыва, который устроил Зорро, а сегодня перестанут существовать окончательно, поэтому любые попытки восстановления были излишними.
Изабелла взяла себя в руки и попыталась осмотреться.
Это, действительно, была Фиона.
- Надеюсь, ты меня внимательно слушаешь, потому что дважды я повторять не собираюсь, – произнесла принцесса и подошла к одинокому стулу неподалеку от каменного алтаря, на котором Изабелла себя и обнаружила.
Проклятое место…
- Вынуждена признать, Ваш план был безупречен, – призналась Фиона. – Катрин превосходная актриса. Да, и что скрывать, как женщина, она тоже великолепна. Такой не стыдно и проиграть. Не то, что сопливой малявке, вроде тебя. Познакомилась бы раньше с этой сеньорой Родригес, не переживала бы так на счет тебя и Зорро. К счастью, время все расставило по своим местам, и стало понятно, что единственная причина, по которой он помогает тебе – его общие интересы с доном Алехандро. Враг его врага – его друг. Зорро в любом случае избрал бы сторону губернатора в его противостоянии с Монте. Ты же – не более чем неожиданная обуза во всей этой ситуации, с которой им пришлось смириться. Хотя, не буду преуменьшать их сообразительности, они нашли тебе применение, и ты смогла быть им полезной в ряде случаев. Впрочем, это лирика, – очнулась Фиона и приложила к вискам тонкие пальцы. – Ты, наверное, смутно помнишь, а, может, не помнишь вообще, что Катрин ушла в сопровождении Зорро. Это было предсказуемо. Он слишком дорожит своей любовницей и имеет для этого все основания. – Принцесса криво усмехнулась. – Но, в конечном итоге, это оказалось палкой о двух концах. Он единственный мог бы распознать опасность в следующем шаге, потому что знает о населении Калифорнии намного больше, чем сам губернатор и все его помощники вместе взятые. Но, – девушка развела руками, – его уже не было в крепости.
Дойдя до своего места после представления и ухода Катрин, Изабелла буквально через пару минут снова находится на грани обморока – здесь вступил в действие единоличный план Фионы, и с этого момента принцесса распорядилась больше не упоминать имени Монте, потому что – она закинула ногу на ногу и доложила – офицер вышел из игры.
Ознакомившись со всеми «сюрпризами» от дома губернатора, каждый из которых перекрывал тот или иной его расчет, Монте отменил даже тот прекрасный замысел, который они выработали после провала с подрывом дома губернатора, и сообщил, что действовать сейчас было категорически нельзя. Более того – у него хватило наглости озвучить свои запреты принцессе Британии!
- Трусливый червяк! Позволил этой женщине втоптать себя в грязь! Мямлил, как курсант на первом балу! Она прилюдно унизила его! И не просто унизила, а сравнила с его заклятым врагом! Он же промолчал и поспешил спрятаться за чужие спины! Тряпка! – Фиона отдышалась от странной нездоровой вспышки гнева и продолжила. – Хотя, конечно, последняя фраза Катрин была весьма и весьма опасной.
В связи с тем, что Монте ушел в тень, принцесса не смогла привести в исполнение их последний совместный замысел, поскольку он предполагал непосредственное участие офицера, и была вынуждена судорожно выработать свой.
Все оказалось банально – небольшая доза отравляющего вещества на внутренней поверхности бокала Изабеллы, в свое время мастерски рассчитанная каким-то очень ценным союзником Монте, и всегда носимая Фионой с собой на любые случаи жизни. Бокал был подменен сподвижником офицера, работающим лакеем при крепости, по незаметному взгляду Фионы прямо в процессе выступления Катрин вместе с рядом другой посуды для гостей, поэтому не вызвал подозрений ни у кого из членов дома губернатора. Однако это случилось уже после того, как Изабелла потеряла сознание в первый раз, поэтому – Фиона извинительно хмыкнула – к первому обмороку она не имела никакого отношения. Тем не менее, он сыграл ей на руку, потому что подобное состояние Изабеллы сместило акцент с контроля за ее безопасностью на волнение о ее здоровье. И предложение от помощника дона Эстебана – того самого гостя, который единственный не смог приехать сегодня на бал, – о том, чтобы срочно отправить Изабеллу под наблюдение врача уже ни у кого не вызвало сопротивлений.
Дон Эстебан обладал репутацией лучшего врача Калифорнии и занимался самыми тяжелыми случаями. Под его наблюдением была вся правящая часть населения Эль Пуэбло и других поселений, он был вхож во все дома и семьи. Одним словом, его авторитет был вне конкуренции. Для всех, кроме… Зорро.
