— Вряд ли мы что-нибудь поймём. — Хозяйка усадьбы залезла в нижнее отделение застеклённого шкафа, выудила оттуда не замеченную ранее стопку документов и принялась перелистывать страницы. — Мало того что почерк врачебный, так ещё и латынь сплошная. Кто-нибудь знает латынь или хотя бы испанский?
Её спутники дружно покачали головами и неспешно разбрелись по комнате. Находиться в промёрзшем полуподвальном помещении было немного странно: казалось, его бывшие обитатели вот-вот возникнут где-нибудь за спиной и незваным гостям будут совсем не рады. Даша шла вдоль стены, проводя пальцем по застывшим не то от холода, не то от времени вещам и думала о том, что когда-то здесь кипела жизнь, люди приходили и уходили, хлопали двери, раздавались голоса… Теперь эта жизнь исчезла, и девушка с тоской представила, что однажды то же самое может случиться с её бесценной усадьбой, да и вообще со всем, что ей дорого.
Она бросила взгляд на Никиту, и от его ободряющей улыбки на душе сразу потеплело. Эфемерно-сумрачное настроение моментально куда-то делось, неприветливое помещение превратилось в обычный старый медпункт, унылые мысли сменились вполне деловыми. Даша начала внимательно изучать окружающую обстановку, однако ничего примечательного на глаза не попадалось. Она заглянула под плакаты на стенах, приподняла матрас на каталке, даже попыталась развинтить её на части в надежде обнаружить тайник, но всё было тщетно. Примерно с тем же результатом закончили поиски Ульяна и Никита. Правда, подруга заметила в углу какие-то совершенно нечитабельные записи, чем по неизвестной причине очень гордилась, однако придумать применение своей находке так и не смогла.
— Что теперь? — недовольно спросила она, с сожалением откладывая бумаги в сторону.
— Домой поедем, — вздохнул Никита. — Здесь делать больше нечего… И не смотрите на меня с таким укором, с самого начала было ясно, что мы вернёмся с пустыми руками. Это же просто для очистки совести. Мы попробовали, ничего не вышло — самое время двигаться дальше.
— Куда? — мрачно уточнила Ульяна. — В сторону заминированной гостиницы? Я так жить отказываюсь, пора что-то решать. Может, в полицию съездим? Должны же они иногда работать, в конце концов.
— Никакой полиции, — резко отозвался мужчина. — Сами разберёмся, дайте только время.
— Но его нет, — тихо сказала Даша. — На самом деле нет. Я сегодня чуть кони не двинула только потому, что Уля во сне улыбалась.
— Я бы тоже испугался.
— Ник, мы серьёзно! — Подруга оттеснила хозяйку усадьбы в сторону и встала перед мужчиной, уперев руки в бока. — Сколько ещё нам рисковать жизнью, надеясь непонятно на что? А если следующая попытка окажется более удачной? Ладно я, но подумай о ней — ты готов поручиться, что с Дашкой ничего не случится?
Никита молча смотрел на девушек и явно не знал, что ответить. По какой причине ему не хочется связываться с правоохранительными органами, оставалось загадкой, и к Даше снова вернулись некоторые подозрения. Неужели принципиальное желание самому найти убийцу для него важнее её безопасности?
— Нет, — серьёзно сказал он, уловив ход её мыслей. — Просто я не думаю, что менты чем-то помогут. Судя по тому, как легко и изящно Катя и Иветта ушли из жизни, мы имеем дело с профессионалом, и обычный следователь в этом случае окажется бессилен.
— Так найди необычного, — не унималась Ульяна.
— Что мне его, из Скотланд-Ярда выписывать? Сказал, сам всё сделаю — значит, сделаю.
— Хорошо бы дожить до того момента и услышать: «Я же говорил».
— Отстань от него, — вступилась Даша. — Ты пока жива, так что Никита всё делает правильно.
— Я пока жива, потому что киллеру на меня наплевать. Слава богу, его интересуешь ты.
С необоснованными прославлениями всевышнего хозяйка усадьбы могла бы поспорить, но вместо этого потянула Никиту к стремянке.
— Идём отсюда, я совсем замёрзла.
Он помог ей взобраться по лестнице, предоставил своё плечо Ульяне, хотя она демонстративно пыталась уклониться, и последним поднялся сам. С трудом втащив стремянку наверх, молодые люди покинули строение, а затем и территорию базы.
Говорить о ерунде не хотелось, а стоящих идей не было, так что обратный путь проходил в скорбном молчании и редких переглядываниях. Ульяна исподлобья косилась то на Дашу, то на Никиту, красноречивыми гримасами стараясь донести до подруги своё отношение к противнику полиции и всю степень его падения. Хозяйка усадьбы больше смотрела в окно, надеясь отвлечься от тягостных мыслей, а мужчина виновато взирал на неё через зеркало заднего вида. Поскольку причину его терзаний девушка не вполне понимала, на душе снова стало муторно и беспокойно.
Подъехав к усадьбе, они были немало удивлены наличием у ворот джипа с охраной. В том, что сидевшие в нём люди — именно бодигарды, сомневаться не приходилось: одеты они были одинаково, выглядели как перекачанные близнецы и, завидев приближавшийся внедорожник, моментально покинули свою машину.
— Кто это к нам пожаловал?
— Я догадываюсь, — очень хмуро сказал Никита. — Ждите здесь, я сам разберусь.