Я дернулась изо всех сил. Скобы вокруг запястий затрещали. Мне показалось, будто алтарь начал светиться – сам по себе, а не отраженным светом императорской маски. Внутри, набирая мощь, пульсировал плотный горячий шар, становившийся все больше и жарче. Казалось, еще немного – и я сама начну излучать свет.
– Ваше величество…
– Мы сдерживали твои аппетиты, как могли, не позволяя сформировать против нас коалицию во главе с мятежным герцогом. Мы удержали тебя от убийства собственной сестры. Да-да, юная Лоррейн случайно стала свидетельницей того, чего ей не стоило видеть. И если бы не наша защита, она уже пополнила бы список жертв преступного сговора предателей, пытавшихся поразить Айону в самое сердце.
Из глаз брызнули слезы. Ложь! Наглая безумная ложь! Если бы только Лоррейн могла говорить! Если бы я могла…
Я смогу! Смогу!
Еще немного!
Еще!
– Ваше величество, – подал голос барон, – с вашего позволения, нужно допросить леди Лоррейн. Если предположения о предательстве графа Хенсли верны, она поможет прояснить ситуацию.
– Предположения? Посмотри на девочку, Сильвен. Посмотри, какими глазами она взирает на сводного брата. Да она же напугана до смерти! Все, что она скажет, будет отчаянной попыткой защитить себя. Нет, нужно действовать решительно. Прямо сейчас! – Громовой голос наполнил зал и коридоры подземелья. – Лорд Коул Хенсли…
– Арестуйте убийцу моего мужа!
Лунный свет на короткое мгновение потеснил солнечный, озарив все серебряной вспышкой.
Императрица?
Как? Откуда?
– Вот мы и узнали, кто возглавляет преступный заговор против нас, – проговорил лжеимператор с усмешкой. – Здравствуй, дорогая супруга.
– Не смей так обращаться ко мне, самозванец! – Сталью в голосе Луноликой можно было резать камень. – Тот, кто по праву носил эту маску, сейчас лежит у тебя под ногами. – По комнате пронесся дружный вздох. – А ты… Впрочем, нет, я узнаю тебя, какую бы маску ты ни надел. Ничто не сможет спрятать смрад мага крови. Верно, дорогой Эдельберт?
– Эдельберт? – Лже-Солнцеликий холодно рассмеялся. – Так ты называла Голдена, когда изменяла с ним за нашей спиной? Когда обсуждала заговор и планировала настроить против нас и Айоны посла столь ненавидимой тобой Варравии? О-о-о, – свечение стало острее, злее, – вижу, ты не спешишь отрицать очевидное, дорогая. Неужели думала, что мы не узнаем о готовящемся заговоре? Думала, твои шпионки при дворе, твои Белые Розы, никогда не предадут тебя, склонившись перед истинным светом магии семи стихий? – Лжеимператор жестко усмехнулся. – Увы. Ты ошиблась, дорогая Гвеновид. Так поведай же нам, о чем ты и Хенсли говорили с послом незадолго до… инцидента? Расскажи, как наш добрый друг Дюбуа отказался помогать вам и что вы сделали с ним, как только услышали категорическое «нет» в ответ на призывы к свержению законной айонской власти, избранной богами и стихиями. Так где же сейчас варравийский посол?
– Мертв, – отчеканила императрица. – Выпит тобой несколько часов назад.
– Очередная ложь. Что и требовалось доказать. Фрейлендке Гвеновид неоткуда было узнать о смерти варравийского посла… если только она сама не являлась его убийцей.
– То же я могу сказать о тебе. Довольно лжи, Эдельберт. Сними маску и покажи свое истинное лицо, если осмелишься.
– Хочешь доказательств, дорогая? Что ж, это можно устроить.
Магия семи стихий вырвалась наружу, отразившись от стен радужными всполохами. Со стороны императрицы не последовало ни звука – видимо, она успела выставить щит.
Зато на остальных это произвело неизгладимое впечатление.
– Камень силы, – послышались шепотки. – Императорский перстень. Он светится.
– Магию подделать невозможно. А значит…
– Ваше величество…
– Простите нас…
– Изменники перед вами, – раздался приказ лжеимператора. – Взять их!
Лже-Солнцеликий атаковал без предупреждения, и вместе с ним в бой устремилось больше половины бывших сторонников Коула. Крики: «Вперед! За императора!» – без труда заглушали ответные призывы: «За правду! За Луноликую!» Треск щитов, магические вспышки и выстрелы заполнили пространство, отдаваясь болезненной пульсацией в сердце.
Направить оружие против друзей – можно ли представить что-то хуже, чем это? Но люди, ослепленные лживым сиянием маски Солнцеликого, без колебаний атаковали тех, с кем всего несколько минут назад готовы были стоять плечом к плечу. И Коул, несправедливо заклейменный предателем, находился сейчас в самом центре сражения. И барон Сильвен, и Лорри, обездвиженная и совершенно беззащитная…
Нет! Нет! Нет!
Алтарь подо мной вспыхнул, отзываясь на вырвавшийся из груди крик. Ярость, подхлестнутая отчаянием, выплеснулась, словно ревущее пламя.
И вместе с огнем пришло что-то еще.
Сила.
Безграничная. Необузданная. Невероятная.
Сила императорской крови, перешедшая к последней выжившей наследнице некогда могущественного рода правителей Айоны.
