| На тихий и жалобный крик профессора прибежала Ксения Никитишна и совершенно его успокоила, сразу сказав, что это, конечно, кто-нибудь из пациентов подбросил котенка, что это нередко бывает у профессоров. | At the professor's quiet and pitiful cry, Xenia Nikitishna came running and at once reassured him completely, saying that it was, of course, one of the patients who had abandoned the kitten, as happens not infrequently to professors. |
| - Живут, наверно, бедно, - объясняла Ксения Никитишна, - ну, а у вас, конечно... | ‘They probably have a poor life,' Xenia Nikitishna explained, "well, and we, of course ...' |
| Стали думать и гадать, кто бы мог подбросить. Подозрение пало на старушку с язвой желудка. | They started thinking and guessing who might have abandoned it. Suspicion fell on a little old lady with a stomach ulcer. |
| - Она, конечно, - говорила Ксения Никитишна, - она думает так: мне все равно помирать, а котеночка жалко. | 'It's she, of course,' Xenia Nikitishna said. 'She thinks: "I'll die anyway, and it's a pity for the kitten.'" |
| - Но позвольте, - закричал Кузьмин, - а что же молоко?! Она тоже принесла? Блюдечко-то?! | 'But excuse me!' cried Kuzmin. 'What about the milk? ... Did she bring that, too? And the saucer, eh?' |
| - Она в пузыречке принесла, здесь налила в блюдечко, - пояснила Ксения Никитишна. | 'She brought it in a little bottle, and poured it into the saucer here,' Xenia Nikitishna explained. |
| - Во всяком случае, уберите и котенка и блюдечко, - сказал Кузьмин и сам сопровождал Ксению Никитишну до двери. Когда он вернулся, обстановка изменилась. | 'In any case, take both the kitten and the saucer away,' said Kuzmin, and he accompanied Xenia Nikitishna to the door himself. When he came back, the situation had altered. |
| Вешая халат на гвоздик, профессор услыхал во дворе хохот, выглянул, натурально, оторопел. Через двор пробегала в противоположный флигелек дама в одной рубашке. Профессор даже знал, как ее зовут, - Марья Александровна. Хохотал мальчишка. | As he was hanging his coat on a nail, the professor heard guffawing in the courtyard. He glanced out and, naturally, was struck dumb. A lady was running across the yard to the opposite wing in nothing but a shift. The professor even knew her name - Marya Alexandrovna. The guffawing came from a young boy. |
| - Что такое? - презрительно сказал Кузьмин. | 'What's this?' Kuzmin said contemptuously. |
| Тут за стенкой, в комнате дочери профессора, заиграл патефон фокстрот "Аллилуйя", и в то же мгновенье послышалось воробьиное чириканье за спиной у профессора. Он обернулся и увидел на столе у себя крупного прыгающего воробья. | Just then, behind the wall, in the professor's daughter's room, a gramophone began to play the foxtrot 'Hallelujah,' and at the same moment a sparrow's chirping came from behind the professor's back. He turned around and saw a large sparrow hopping on his desk. |
| "Гм... спокойно... - подумал профессор, -он влетел, когда я отходил от окна. Все в порядке", - приказал себе профессор, | 'Hm . . . keep calm!' the professor thought. 'It flew in as I left the window. Everything's in order!' the professor told himself, feeling that |
