Мастер и Жаворонок полностью

— Ну, ты мне не нужна здесь, девочка. Мне нужен отдых. И предполагаю, твоему мужу тоже что-то нужно, раз он пришел сюда.

Я скрещиваю руки на груди и свирепо смотрю на Этель, хотя она по-прежнему не открывает глаз.

— Он сказал, что я могу пойти сегодня к его боссу, но не дал мне указания.

Один мутный глаз Этель приоткрывается и внимательно смотрит на меня, потом она достает из-под подушки телефон.

— Что ты делаешь?

— Отправляю сообщение твоему мужу, чтобы немного побыть в тишине и покое.

— Откуда у тебя его номер?

Тетя бросает на меня сердитый взгляд, убирает телефон и зарывается поглубже в одеяло.

— У меня есть номера всех парней, юная мисс, — говорит она, прогоняя меня, трубка для внутривенного вливания свисает с ее ладони. Мгновение спустя на мой телефон приходит сообщение от Лаклана с геолокацией. — А теперь уходи отсюда. И захвати с собой кексы для его босса. Я сегодня приготовила их с медсестрой Люси. Они на стойке регистрации.

— Как ты… — я качаю головой, но все равно улыбаюсь, целуя тетю в щеку. — Люблю тебя, адская хулиганка.

— Тс-с-с. Не подавай дьяволу никаких идей. Я хочу подкрасться к нему незаметно. И не вздумайте с Лакланом пробовать эти кексы. Это все для Мэйса.

Этель одаривает меня дерзкой улыбкой, а затем с глубоким, удовлетворенным вздохом закрывает глаза. Покачав головой, я хватаю свою сумку и заказываю такси, и вскоре уже направляюсь в огромное поместье Лиандера Мэйса с коробкой кексов на коленях.

Когда мы проезжаем ворота, в поле зрения появляется дом, Лаклан ждет меня у входа. Мы останавливаемся, и он выходит вперед, чтобы открыть мне дверцу, протягивая руку. Я недолго колеблюсь, прежде чем взять ее.

— Спасибо, что приехала, — говорит он, и мы ждем, пока такси уедет. Кажется, он с подозрением относится к водителю, пока задние фары не исчезают за изгибами извилистой подъездной дорожки. Интересно, как долго он этим занимается? Изучает обыденные вещи и людей, убеждаясь, что все в порядке. Я уже замечала раньше, как он сканирует толпу в поисках угроз. Лаклан бдителен, опасается врагов, которые прячутся у всех на виду, — этот инстинкт заложен в нем, и он неизгладим, как чернила на его коже.

Интересно, насколько подобный навык утомляет, и замечает ли он сам, что делает это?

— Конечно, — говорю я, улыбаясь, но он не отвечает. — Я обещала.

Лицо Лаклана остается мрачным, он открывает входную дверь. Когда я переступаю порог, его рука ложится мне на поясницу, и от прикосновения у меня в животе что-то скручивается.

— Помнишь, что я сказал?

— Что Лиандер немного чокнутый?

— Да. И я не рекомендую употреблять крепкие алкогольные напитки. Это редко заканчивается хорошо.

— Поняла.

— И пиццу. Если он закажет пиццу, мы уходим.

— Хорошо.

— В общем, не бери ничего из того, что он предлагает, — с содроганием говорит Лаклан, когда мы проходим через фойе и дальше по широкому коридору.

— Звучит очень весело.

Лаклан проводит меня через другую дверь, которая ведет к бетонной лестнице в подвал. Я слышу веселый мужской голос, перекрикивающий громкую музыку. Прежде чем я успеваю сделать первый шаг вниз, Лаклан прижимает руку к моему животу, останавливая меня.

— Позволь мне войти первым, — говорит он. Его прикосновение нежное, он едва касается меня кончиками пальцев, но почему-то от этого по моей коже пробегают мурашки. Я крепче сжимаю коробку с кексами. Не думаю, что он замечает, как у меня перехватывает дыхание или приоткрываются губы. Он просто смотрит на меня с выражением такой настороженности, что это похоже на боль. — Просто… будь осторожна.

Он убирает руку и поворачивается, оставляя после себя ноющую боль.

Нет. Никакой боли. Я просто голодная. Это все из-за разговоров о пицце. Возможно.

И даже если дело в боли, это все равно простая биология. Я очень долго ни с кем не была, вот и все. А Лаклан такой задумчивый и странно заботливый, еще он сексуальный, а я не слепая. Я просто его оцениваю. Это не значит, что я хочу трахаться со своим мужем.

Я фыркаю от смеха.

Лаклан резко поворачивает голову, когда мой смех эхом отражается от бетона. Он смотрит на меня одновременно со смущением и страхом, как будто Лиандер может открыть дверь у подножия лестницы и снести нам головы.

Именно это Лиандер и делает.

— Бах-бах-бах.

Я смотрю в дуло пистолета.

Сначала это все, что я вижу. Лаклан протягивает руку и поднимает меня на ступеньку позади себя. Это движение длится ровно столько, сколько нужно, чтобы я успела увидеть Лиандера на пороге открытой двери, с поднятым пистолетом и приветливой, но в то же время пугающей улыбкой на лице. А потом все, что я вижу, — это спину Лаклана, пока он прикрывает меня своим телом.

— Господи Иисусе, йибучий ты псих. Убери это, пока никого не угробил, — говорит Лаклан, и его акцент усиливается из-за раздражения.

Тот смеется и опускает пистолет, отступая от двери, приглашая пройти.

— Осторожность никогда не помешает.

— Ты просто пытался напугать ее.