В город мы прибыли в середине дня, когда львиная доля личного состава находится по местам исполнения своих служебных задач. Потому территория Управления оказалась столь же пустой, как и улицы населённого пункта. Плац — да, вот он, такой же точно, как я привык видеть в своём мире. Близко к идеальному выравненный участок земли, отбитый твёрдыми породами, по которому удобно маршировать, разводить людей и организовывать построения. Вон видны массивные, собранные из сруба, трибуны для командного состава. Вон флагштоки, на которых гордо реют знамёна. Ничего такого, что могло бы ввергнуть и шок или вызвать изумление. А вот людей нет. От слова «совсем».
За исключением вон того спешащего к нам быстрым темпом сотрудника: форму Тайной Канцелярии, идентичную для всех уездов и губерний, уже научился определять загодя.
Пока сотрудник пересекал широким шагом широкий, метров триста, плац, мы успели выгрузиться из самоходки. Сам же пропустил спутниц первыми и вышел вслед за ними замыкающим, чем начал отрабатывать в себе привычку следить за всеми без исключения. Хрен его знает, как за Уралом аукнется? Не хотелось бы терять людей по собственному недосмотру…
Возле самоходки собрались все мы. Бериславская, Смазнова, Морозова, Пламнева, Ветрова, Распутина, Лана и я. И если девчонки предстали по местной форме одежды («конторские» — в своей служебной, Ветрана с телохранительницами — в академической), то мы с Окси остались верны земному обмундированию. В скором времени все так или иначе переоденемся в рейдовую одежду. Но пока что удобней в своей.
Я как раз выгружался последним, когда к самоходке спеша, но не бегом, подошёл моего роста немолодой офицер с хрен пойми чем на погонах вместо звёзд. Эполеты эполетами, но мне до сих пор непривычны местные звания.
— Полковник Ротмистров, Радимир Абрамович, — назвался он, чинно беря под козырёк. — Руководитель местного Управления Тайной Канцелярии. Донельзя рад приветствовать вас в Первоуральске, госпожа Бериславская.
— Взаимно, господин полковник, — Алина ответила собеседнику взаимностью.
— Как добрались?
— Чего греха таить, — развела руками разноглазка. — Устали с дороги, вымотались. Полтора дня ехали, сменяя друг друга за рулём самоходки. Времени в обрез.
— Понимаю, — кивнул офицер. — Признаться, ожидали вас не раньше, чем к ночи… Ежели повелите, могу распорядиться истопить вам баньку с дороги.
— Будем признательны, но чуть позже, — отрезала правнучка Великого Архимага Путей. — Наперёд нам потребно переговорить с вашими штабными. У нас цейтнот.
— Вас понял. Увы, не имеем возможности разместить вас в индивидуальных апартаментах… надеюсь, ваше высокопревосходительство не возразит супротив казарменного быта? У нас тут просто. Крыша есть, и печка топит…
— Мы все привычные к войсковому укладу, — заверила Ротмистрова Бериславская. — Но воспользуемся вашим безгранично щедрым предложением позже. В первую же очередь прошу по возможности оперативно собрать совещание всех причастных, коих имена вы сами знаете. Наше дело не терпит отлагательств.
— Как пожелаете, госпожа действительный тайный советник…
Радимир Абрамович жестом пригласил нас следовать за собой.
Пропустив вперёд спутниц, замыкающим колонну пошёл следом и я.
Попутно отметив, как с гор поддувает прохладный, буквально по-осеннему промозглый ветерок. Ещё не холодный настолько, чтоб мы околели сразу после выхода из самоходки, но уже достаточно свежий, чтоб заказ рейдовых комбинезонов себя оправдал.
Тяжёлый транспорт оставили на плацу и проследовали колонной вслед за провожатым.
Воинские части всех родов войск и всех времён плюс-минус одинаковые. В России со времён Империи мало что поменялось. Штаб, склады, казарменные расположения, места приёма пищи, плац, караулка и спортивный городок. В ряде случаев — технические и технологические вспомогательные сооружения, как тут: лесопилка, столярная мастерская, котельная, и так далее. Вот прям вообще удивляться нечему. Потому замыкал колонну, шёл, по сторонам смотрел, но лишь для общего саморазвития. Интерес окружение почти не вызывало.
Не вызвало его и здание штаба, сработанное всё из того же сруба. По всей видимости, лес тут шёл как универсальный материал абсолютно для всего, начиная от растопки костров и забора и заканчивая сооружением капитального фонда. Воистину, если б не склонность древесины с открытым волокном к разрушению от непогоды и физических воздействий — даже плац выложили б досками…
Снаружи здание штаба выглядело типичным бревенчатым трёхэтажным домом. Опять же, классика и ничего нового. «Кругляк» накатами, проруби для окон и дверей, на удивление красиво, пусть и без резаных наличников, сложенное крыльцо и навес парадного входа. Да, двери тоже без резных рисунков, зато крепкие, монолитные, тяжёлые, с обратной стороны обшитые похожим на войлок материалом: Первоуральск — не тропический пляж, тут с ночными температурами должно быть несладко.
