— Я не спал, Луи! — голос молодого наследника, тем не менее, продолжал звенеть негодованием, — Я внимательно слушал его, говорил с ним, и заснул лишь когда он ушел, да и то не сразу! Еще думал, долго думал, пытался понять, что, что мог опять задумать Чес… Но не придумал. У рыжего мозги как-то по-другому устроены, он видит больше вариантов.
— Чес — гроссмейстер, — Роман тоскливо, протяжно вздохнул и одним глотком допил оставшийся в его кружке напиток, — Поверьте, я не зря так называю его. У шахматистов мозги и в самом деле устроены иначе, они видят множество вариантов там, где обычный обыватель не увидит и одного. Я сам неплохой шахматист и, смею напомнить, однажды обыграл этого рыжего гения, но он все-таки гроссмейстер. За его плечами более, чем тысячелетний опыт, он хитер и умен, и постоянно просчитывает ситуацию на множество ходов вперед, видит сотни и тысячи вариантов развития событий. Это талант, — виконт мрачно улыбнулся, — Я такого мастерства пока не достиг. И, коль скоро Анхель не может даже предположить, что затеял Чес, полагаю, он тоже еще далек от этой гениальности, хотя играет и неплохо. Это необходимо учитывать, всегда надо помнить, что Чес, вероятно, уже давно просчитал все наши шаги…
— Ты думаешь, он знает, что мы планируем напасть на него, захватить его прямо в поместье? — Альберт чуть склонил голову набок и, помедлив, перевел взгляд на серьезного внука, — Или у него просто был надежный источник информации?
— Дедушка! — юноша так и вспыхнул, едва ли не вскакивая снова, — Я же сказал — Ан не будет помогать ему, он поклялся, что не передаст ему мои слова! Можете считать Анхеля кем угодно, но он не клятвопреступник! — парень внезапно примолк и недовольно буркнул, — В отличие от Чеса.
— А когда Чес нарушал клятву? — Луи, искренне заинтересованный этим вопросом, даже немного подался вперед. Ответ последовал, однако, вовсе не от молодого наследника.
Ричард нескрываемо фыркнул и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула, обмениваясь с Виктором очень понимающим и красноречивым взглядом.
— Да почти всегда, — вздохнул основатель рода де Нормонд, упирая стилет в столешницу, — Сколько он давал нам с Рене обещаний! Хоть бы одно исполнил.
— Может, оно и к лучшему, что не исполнил, — подхватил оборотень, — Однако, стоп, стоп, друзья мои! Мы намерены идти к поместью, но… не будет ли это ошибкой? Возможно, Чеса нет там, возможно, он уже успел приготовить нам где-то засаду…
— Откуда такие мысли?
Эрик Стефан де Нормонд, в беседе, в обсуждении предстоящего боя участия не принимавший, лишь тихо переговаривающийся о чем-то с супругой, неожиданно вмешался в мирное течение разговора, переводя взгляд с одного его участников на другого. Что подразумевает Ричард, он не понимал.
— Ты предлагаешь сдаться или, может, просто перенести наш поход на другое время?
— Нет, — баронет со вздохом покачал головой, — Помните? «Пусть кровь моя укажет вам путь к смерти» — это же явно говорит о том, что найти его будет не так-то просто! Но как искать, где?.. И причем тут вообще его кровь?..
Виктор тяжело, протяжно вздохнул и неожиданно одним резким движением вогнал стилет наполовину в столешницу, не обращая внимания на негодующие возгласы по сторонам.
— А при том, — мрачно произнес он, глядя на оружие, вертикально торчащее из стола, — Что его кровь теперь течет в моем сыне. Поправьте, если я ошибаюсь, но эти слова… не значит ли это, что дорогу нам сможет указать только Адриан?
Ричард вскочил с места и, не сдерживаясь, хлопнул ладонями по столу. Лицо его дышало гневом.
— Причем здесь Адриан?! — мужчина нахмурился, сверля старого друга подозрительным взглядом, — Да как тебе только пришло в голову, Вик, — втягивать ребенка…
— Думаешь, я этого хочу?! — основатель рода, тоже вспылив, вскочил, опираясь на столешницу и немного подаваясь вперед, — Рене, речь идет о моем сыне, сыне, которого я лишь чудом сумел спасти, и которого ни за что на свете не хочу потерять снова! Сыне, которого оплакивал полторы тысячи лет, а сейчас вдруг получил, как дар небес! И ты полагаешь, я добровольно готов бросить его на амбразуру?! — Вин гневно выдохнул и, заставляя себя успокоиться, неспешно опустился на стул, — Но этот рыжий ублюдок несколько раз повторил, что в Адриане теперь течет его кровь, говорил, что сделал моего сына своим… А потом эти слова. Его кровь укажет нам путь к нему, и иных предположений у меня нет!
— Да это чушь собачья, — Роман, с интересом переводивший взгляд с одного из спорщиков на другого, фыркнул и пренебрежительно закинул ноги на стол, — Адриан еще только постигает азы бытия волком, вряд ли он сумеет что-то вынюхать, найти следы Чеса. Да и вообще, я бабушке обещал его спасти, так что отстаньте от ребенка, хватит бред нести!
Анри тяжело вздохнул и потер подбородок, быстро переглядываясь с дедом. Алберт молчал, однако, внук уже давно привык угадывать его мнение по выражению глаз, по еле заметным улыбкам, и прочим, невидимым постороннему взгляду признакам.
