Рассаживаются вокруг костра. Фелита снимает котелок с огня, все достают ложки. Ула извлекает из торбы утреннюю снедь.
Фелита. Ого! Пируем!
Лирис. Воды вот, правда, совсем на донышке.
Фелита. Да. И родника поблизости мы что-то не заметили. Ну ничего, перезимуем!
Ула. (Уважительно — Фелите.) Боевой у тебя настрой.
Фелита. Могу поделиться.
Ула смеется.
Лирис. (Оглядывая всех.) Так что, идём, значит, до конца?
Фелита. А как же! Я б и одна пошла. Не то что Ульга…
Лирис. Давай не будем об Ульге.
Фелита. (Миролюбиво поднимая руки.) Ладно, ладно. Не об Ульге так не об Ульге. Тогда о чём? (Запускает ложку в котелок.)
Лирис. Расскажи, как вы так попались?
Фелита. (Жуя.) Просто не повезло. Мы — в поле, они — в лесу.
Лирис. Понятно.
Фелита. Если б (показывает ложкой на Немого) не Немой, всех бы, наверное, перебили. Задержал он колдуна ихнего. Дал время опомниться.
Прочитав по губам, что речь идет о нем, Немой скромно потупился.
Фелита. Не скромничай! Как есть сказала… (Поворачивается к Лирису.) Правда, и странного в этой схватке хватало.
Лирис. Что именно?
Фелита. Ну, мне показалось, что они первым делом хотели прикончить Юлдиса и Немого, а меня с Ульгой старались избегать.
Ула. Понятно, почему! Сперва хотели вывести из строя сильнейших.
Фелита. (Уверенно.) Нет, тут другое. Они и на нас налегали, но… (затрудняется) не стремились убить. Скорее, обезоружить и повалить.
Ула. Может, это связано с тем, что ими верховодит женщина?
Все взгляды устремляются на Улу.
Фелита. Не поняла.
Ула. Ну, может, они подспудно боятся всех женщин?
Фелита. (Отмахиваясь.) Ага! Забыла, что ли, в каком виде они оставляют за собой деревни? В каждой — полным-полно женщин. Мертвых.
Лирис. (Раздумчиво.) А мне кажется, в этом что-то есть. И в снах наших — там ведь, в пещере, все без исключения женщины ведут себя как особы королевской крови. Их почитают, боятся, боготворят. И как у нас знать управляет чернью, так у них женщины управляют мужчинами. Отсюда и подспудный страх. А? (Оглядывает всех.)
Фелита. (Неуверенно.) Не знаю, не знаю… Хотелось бы верить. Мне это даже на руку — пусть боятся! Пока они мнутся, я их стрелами — чик-чик!
Ула. (Задумчиво.) И сон этот… Знаете что? Я решила досмотреть его до конца.
Все удивленно смотрят на Улу.
Фелита. (С сомнением.) Ненормальная. Это невозможно… А если даже и получится, станешь вон — как Ульга. Сломаешься.
Лирис. (Уле.) Фелита права. Это опасная затея.
Ула. Но она может помочь.
Лирис. Чем?
Ула. Не знаю пока. Но чувствую: может. Ведь неспроста нам это снится. Неспроста мужчины могут отмахнуться, а у женщин всё повторяется раз за разом, пока не сломит.
Лирис. Я против, Ула. Извини.
Фелита. Поддерживаю. Сейчас нам как никогда нужны бойцы.
Ула. Я и не собираюсь сдаваться. Я пойду дальше несмотря ни на что.
Фелита. Ага, как Ульга.
Лирис. (Кричит.) Хватит об Ульге!
Фелита вздрагивает. Некоторое время она грозно смотрит на Лириса, потом поворачивается к Немому.
Фелита. А ты что думаешь?
Немой поворачивается к Уле и вдруг согласно кивает.
Фелита. (Обескураженно — Немому.) Что?! Хочешь, чтоб она попробовала досмотреть ту жуть?!
Немой снова кивает.
Фелита. Что только не услышишь!
Лирис жестами обращает на себя внимание Немого.
Лирис. (Немому.) Она может сойти с ума.
Немой отрицательно качает головой. Потом показывает пальцем на Улу и снова качает головой: только не она, мол.
Лирис раздраженно скребет ногтями щеку.
Ула. В конце концов решать мне. (Молчит, оглядывает товарищей.) И я сделала выбор.
Лирис. (Смиряясь.) Ладно, так и быть. Когда собираешься это проделать?
Ула. Да прямо сейчас! Чего тянуть?
С этими словами она отцепляет от торбы плащ, кутается в него и ложится на землю.
Фелита. (С уважением.) Отчаянная бабёнка! (Лирису.) Цени!
