Он нежно провел большим пальцем по тыльной стороне моей кисти, там, где она все еще прижималась к его сердцу, и у меня перехватило дыхание.
– Скажи мне, – прошептал он, – разве здесь пусто?
– Нет, – выдавила я.
Он слегка отстранился, и с моих губ сорвался тихий протестующий возглас. Но Кадуан по-прежнему прижимал руку к моей спине, по-прежнему держал меня за запястье. Он убрал мою ладонь со своей груди и прижал к моей; мы стояли лицом к лицу, и я ощущала биение собственного сердца.
– Скажи мне, что ты чувствуешь, – прошептал он.
Сначала я не чувствовала ничего. Мое тело казалось блеклым по сравнению с жизнью, которую я ощущала в Кадуане.
Но потом…
Ровный ритм, чуть более быстрый, чем обычно. Учащенное дыхание. Легкие расширяются и сдуваются. Тепло. Рост.
– Твое тело – невероятная вещь. – Кадуан придвинулся так близко, что его дыхание ерошило мне волосы. – В каждой его частичке есть жизнь. Ты всегда в движении, растешь и меняешься. Ты никогда не стоишь на месте. Ты никогда не молчишь.
Он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть на меня, и его зеленые глаза сияли, как никогда, ярко. Мои пальцы, все еще прижатые к сердцу, переплелись с его пальцами; другой рукой Кадуан взял мою руку и поднял ее между нами ладонью кверху.
– Ты вовсе не ничто, Эф. Ты чудо. Сотвори что-нибудь.
Сейчас все было так просто. И как я не понимала раньше?
Меня переполняла магия, я буквально кишела ею, и я могла манипулировать своей силой, как когда-то манипулировала другими. Я была соткана из магии.
Оставалось только придать ей форму.
По коже побежали мурашки. Мне было не оторваться от глаз Кадуана. Через несколько секунд он опустил взгляд, и на его лице расцвела улыбка.
– Посмотри, – прошептал он.
Я не хотела смотреть. Я хотела видеть только его улыбку.
Но в конце концов я все же опустила взгляд. На моей ладони лежал крошечный черный бутон розы, листочки на стебле только-только проклевывались.
Странно. Раньше я ровняла с землей города и уничтожала целые армии. Но ни одно из этих деяний не принесло столько гордости, сколько этот скромный маленький цветок. Наконец-то я сумела сама что-то создать. Что-то живое.
– Само совершенство, – произнес Кадуан.
Но когда я подняла на него взгляд, он не смотрел на цветок. Он смотрел на меня.
В тот день я не сумела сделать больше ни одного цветка. Получались лишь крошечные листочки да один раз – плотный бутон. Но я не расстроилась. Меня охватила эйфория. Я могла бы продолжать всю ночь. Хотя Кадуан и убеждал меня запастись терпением, я не могла сдержаться, а каждый лепесток, который вырастал на ладони, встречала с растущим ликованием.
Почему я раньше не догадывалась, как приятно создавать что-то новое?
Кадуан быстро утомился. Вскоре он уже наблюдал за мной из кресла, потом подпер рукой подбородок, а когда я в очередной раз повернулась, чтобы показать ему свое последнее творение, то обнаружила, что он крепко спит, откинувшись на спинку.
Было еще совсем не поздно, и я не устала. Но все же, понаблюдав за ним какое-то время, я села на соседний стул. Практиковаться в одиночку показалось неинтересно.
Я наблюдала за размеренным дыханием Кадуана и, пользуясь тем, что некого было стесняться, восхищалась всеми недавно открытыми в нем чертами. Кадуан не просыпался; он даже не шевелился. Спустя несколько часов, когда и меня одолела усталость, я потянулась через стол, накрыла его ладонь своей и положила большой палец на внутреннюю сторону запястья. Биение его пульса убаюкало меня.
– Ваше величество.
Я непонимающе заморгала. Над Кадуаном склонилась Луия. За окном разгоралась заря, ее отблески падали на лицо короля и на мое. Даже во сне я продолжала держаться за руку Кадуана.
– Ваше величество! – громче позвала Луия и встряхнула его за плечи. – Ваше величество, проснитесь…
Он медленно открыл глаза.
Луия сразу отпустила его и облегченно выдохнула. На меня она даже не посмотрела.
– Я… – Кадуан потер лоб, затем бросил взгляд на меня. – Приношу свои извинения. Я устал сильнее, чем думал.
Я потерла глаза, прогоняя сон.
– Прошу прощения, что разбудила, – произнесла Луия, – но наши треллианские союзники хотят срочно пообщаться с вами. Меджка пытается их отговорить, но они настаивают. Мы продолжим сдерживать их пыл, но я решила, что вам нужно знать…
– Я могу встретиться с ними.
– Вы не обязаны посещать их лично. – Брови Луии поползли вверх.
– Меджке не следует ехать в Трелл, а если он будет настаивать, я все равно не отпущу его одного.
– Я могу поехать с ним, или можно послать…
– Нет. Я поеду сам. Я и так слишком отошел от дел.
Его усталый взгляд упал на меня.
– Эф отправится со мной.
Лицо Луии исказилось в изумлении.
Я сама ушам не поверила. Первым порывом было отказаться, и днем раньше я бы так и поступила. Но сейчас я одернула себя, не дав словам сорваться с губ.
Я совсем не такая, какой привыкла себя считать, напомнила себе я.
Я согласилась, и лицо Кадуана озарилось светлой, как утреннее солнце, улыбкой.
– Нам не следует здесь оставаться.
