Шли дни. Напряжение в моей груди все росло. Кадуан все не возвращался.
Каждый день Меджка заглядывал на часок почитать мне книгу. Я слушала его невнимательно, поскольку одновременно практиковалась в магии, хотя, чудилось, без поддержки Кадуана я никогда не смогу достичь всего, на что способна. Было сложно сосредоточиться, когда на фоне Меджка твердил о двух невыносимых личностях и их, казалось бы, бесконечной тоске друг по другу. По крайней мере, он читал увлеченно: мягкий голос в нужных местах поднимался и опускался, а для каждого персонажа находил собственные – пусть порой и нелепые – интонации.
Скоро пришлось с неохотой признать: я начала ждать визитов Меджки с нетерпением. Мало кто в Эла-Даре относился ко мне как к полноценной личности, а Меджка не только видел во мне личность, но ему словно бы действительно нравилось мое общество. На первый взгляд у нас было мало общего. Но если копнуть глубже, наверное, мы оба узнавали друг в друге себя. Я уже научилась показывать миру свою более приятную сторону, и теперь слуги не пробирались мимо меня украдкой, как мыши, прячущиеся от кошки. Но с Меджкой не возникало необходимости притворяться.
Однажды, когда после отъезда Кадуана прошло уже больше недели, Меджка пришел намного позже обычного. Он сел, и я заметила, что на сей раз он не улыбается.
– Ну что, продолжим с того места, где остановились? – предложил он, пропустив приветствие.
Я и правда стала лучше читать мысли других по выражению лица, потому что сразу поняла: что-то не так.
– Ты другой, – сказала я, настороженно смотря на Меджку.
– Что? – Он бросил на меня быстрый взгляд.
– Ты другой. Что-то не так.
Он поджал губы, но не стал отрицать.
– Расскажи мне! – Я вскочила на ноги.
Меджка промолчал.
– Где он?
Меджка выдохнул сквозь зубы, потирая лоб:
– Я не знаю.
– Кадуан – король. Как ты можешь не знать, где он?
– Мы потеряли с ним связь. Ни от него, ни от других военачальников в той части фронта не поступало ни слова.
– Перенеси меня туда. – Я даже не колебалась.
– Ни за что, – фыркнул он.
– Но ты же туда собираешься?
Я многозначительно оглядела его одежду – не повседневную мантию, а тяжелый, официального покроя плащ, словно Меджка готовился к дальнему путешествию.
– Да.
– Тогда возьми меня с собой.
– Кадуан убьет меня.
Меджка произнес эти слова совершенно серьезно, словно изрекал непреложную истину.
– Как ни посмотри, никто не назовет меня уравновешенной, – парировала я. – Кто знает, что случится, останься я здесь в одиночестве? Ведь если произойдет что-то ужасное, король расстроится еще больше, правда?
Несмотря на мрачное выражение лица, уголок рта Меджки дернулся в слабом подобии улыбки.
– Эмоциональный шантаж. Я почти горжусь тобой. Но только почти. – Затем он вздохнул. – Ладно. Но прошу заметить: я соглашаюсь не потому, что ты пыталась мне угрожать. Ты такая же фейри, как и любой из нас, и относиться к тебе нужно так же. А я не считаю, что ты заслужила заточение в замке.
Не тратя времени на ответ, я бросилась в другой конец комнаты, чтобы схватить плащ.
– Думаю, что с Кадуаном все в порядке, – произнес Меджка, когда мы направились к двери. – На линии фронта связь часто прерывается. Прошло не так много времени, чтобы беспокоиться.
Но, судя по его виду, он не слишком верил своим словам.
Тисаана сжимала письмо так сильно, что бумага скомкалась в руках. Она не стала читать его вслух, но ее вид говорил достаточно. Она согнулась на лавке, молча перечитывая сообщение снова и снова, пока Ишка рассказывал, что фейри объединились с треллианскими лордами и устроили массированную атаку на все четыре оплота повстанцев.
– Я не ожидал, что Кадуан окажет треллианцам такую обширную поддержку, – тихо произнес Ишка. – Сам факт, что он пошел на подобное, доказывает: король почти в отчаянии. Вот почему я знаю, что сейчас у нас появился шанс. – Взгляд фейри упал на руку Тисааны; ладонь все еще светилась. – Мы можем последовать за искателем…
– Ты нашел еще какие-нибудь сообщения на месте встречи? – перебила его Тисаана.
– Нет.
– Тебе нужно будет пролететь над Малаканом, когда станет безопасно.
– Обязательно.
Тисаана пробормотала себе под нос проклятие и снова перечитала письмо.
Ишка опустился перед ней на колени:
– Я знаю, что это тяжело осмыслить. Но искатель…
Тут я оскорбился за Тисаану.
– Дай ей минуту! – рявкнул я. – Проклятье, дай ей хоть немного собраться с мыслями!
Саммерин, прислонившись к оконной раме, наблюдал за одетыми в лунный свет улицами Загоса. Я присоединился к нему.
Брайан так и не вернулся в гостиницу. Вполне возможно, у него появились какие-то дела, но мне было бы намного спокойнее, если бы он не бродил по Загосу посреди ночи. Этот город никогда не спал. Сейчас, после полуночи, улицы кишели жизнью так же, как и в час нашего прибытия на остров.
– Этот человек проходит мимо уже в четвертый раз, – пробормотал Саммерин.
– Который?
– В кожаной шляпе.
