— … роха, — закончил за него Милош. — Вас так учили? Что рохос поголовно тупы и ленивы? — стыдливый кивок. — Но ты — рохо лишь наполовину. Ты считал принуждение в академии справедливым?
— Конечно! Учение без дисциплины невозможно!
— Именно поэтому ты слегка ограбил свою любимую справедливую академию.
Хосе приуныл. Некоторые из деревенских зашептались. Один из учеников вдруг подпрыгнул, будто его укусила змея, и бросился прочь за пурпурные заросли так, что только пятки засверкали. Меньше, чем через четверть часа он вернулся и с самым сокрушенным видом протянул учителю тонкую новенькую книгу с роскошными гравюрами.
— Я взял, когда ты болел. Я виноват, — шмыгая носом и ковыряя носком землю, промямлил мальчик.
Деревня, в которой совсем недавно раздавались стенания над мертвыми, дрогнула от хохота в принципе-то сдержанных рохос.
— Можно, Хосе? — Кончита подошла к учителю и протянула руку к книге, которую он судорожно прижимал к груди. Полукровка опасливо отдал свое сокровище, будто его снова хотели похитить. Инспектор пролистала книгу и продемонстрировала всем ту страницу, на которой ушастая лисица, крыса, змея и черепаха пытались поделить набитый под завязку мешок. — Видишь? Рохос умеют выбирать.
— Но тут почти нет текста, — вяло возразил учитель.
— Да. Здесь есть иллюстрации к классическим басням Корнильона. Их с детства изучают дети из самых знатных семей метрополии. Может быть, истории о животных детям ближе, чем золотая пыльца забвения?
Вера в человека — предпосылка для диалога. «Диалогический человек» верит в других людей даже до встречи с ними лицом к лицу. Но это не наивная вера... Он знает, что хотя люди способны творить и преобразовывать, конкретная ситуация отчуждения может препятствовать проявлению этой способности. Но это не подрывает его веру в человека, а представляется ему как вызов, на который он должен ответить.
Пауло Фрейре. «Педагогика угнетенных»
Комментарий к Глава 13. Милош. Ступени * Alchikchik (науатль) — горькая вода.
Трицвет — имеется в виду бугенвиллея, чье народное название на немецком языке можно перевести именно так.
Армиллярная сфера — астрономический инструмент, употреблявшийся для измерения экваториальных и эклиптических координат небесных светил (Википедия).
С-образная карта — вольная отсылка автора к T-образной Mappa mundi, на которой Т-образная акватория разделяла между собой Азию (наверху), Европу (слева) и Африку (справа).
Имеется в виду проекция Меркатора, картографическая проекция, предложенная Герардом Меркатором в 1569 году. Являлась самой прогрессивной в то время, но относительно более современной проекции Миллера не позволяла отражать полюса.
Стихотворение Габриэлы Мистраль, чилийской поэтессы, Нобелевского лауреата по литературе.
o muerte (исп.) — или смерть.
====== Глава 14. Али. Безуминки ======
Это было слишком опрометчиво с его стороны — лениво нежиться на тонкой облачной грани между сном и явью, не спрятав при этом нос под одеяло. Или хотя бы под собственные волосы. Холодные брызги обожгли теплую спросонья кожу, и Али аж подскочил на кровати. Из туманного пространства донесся веселый зловредный смех. Определенно, старшая сестра являлась куда более страшным наказанием, чем старший брат. Милош себе подобных зверств не позволял.
— Продирай глаза, соня, — фыркнула Хельга и, сдвинув в сторонку одеяло, опустила на постель поднос с лепешкой, сыром, яблоком и молоком.
— Опять ты меня балуешь, — промурлыкал Али, довольно потянулся и подумал, что идея сколотить кровать пошире была просто замечательной. И не только из-за того, что они с Марчелло во время ежемесячных совместных ночевок могли ворочаться без риска свалиться на пол.
— Ты бы еще к рассвету из порта возвращался, — пожала плечами девушка, уселась в изножье кровати и принялась усердно расчесывать волосы, прежде чем заплести их в привычную сложную косу, что начиналась не от основания шеи, а почти от темечка.
Али раскрыл было рот, размышляя, надкусить ли сначала лепешку или же напомнить о том, что он подвизается на разгрузке не так уж и часто, и то — по большей части ради поддержания связей с рабочими, как вдруг в дверь робко постучали.
— Войдите! — крикнули брат и сестра в два голоса. Квартал Ангелов не относился к тем местам, где могли косо посмотреть на девушку с неприбранными волосами или юношу, обнаженного по пояс. Особенно после пожара годовой давности.
— Доброго утречка... Вы уж не серчайте, что спозаранку... Да вот... — Гаспар боком протиснулся в комнату и замер почти на пороге, переминаясь с ноги на ногу. Рядом с ним стояла Вивьен, которая сосредоточенно наматывала на палец какую-то веревочку.
— За Вивьен присмотреть надо? — спросил Али, живо выскальзывая из-под одеяла и мимолетно сжимая плечо Хельги. Впрочем, та постепенно привыкла к девочке и даже порой находила в себе силы присмотреть за ней часок-другой.
— Уж и не знаю, как сказать-то...
