Есть люди, не желающие ни с кем связывать себя надолго. А есть люди, мечтающие найти пару навсегда. Французский бригадный генерал Сезар Леметри относился к первым, но на 50-летие судьба подарила ему сбывшуюся мечту вторых. Это случилось на фоне взрыва мощностью 400 килотонн в тротиловом эквиваленте, зато генерал Леметри и Адели Дюран (36-летняя канадка, литературный агент) за один день узнали друг о друге больше, чем иные пары за всю жизнь. И оказалось, что они прекрасно подходят друг к другу. Более того, 10-летний Жак-Ив и 7-летняя Соланж сразу же уверились, что дядя Сезар — это именно тот мужчина, которого они хотели бы видеть рядом с мамой, за завтраком, обедом, ужином и вообще всегда. Это судьба. И менее чем через полтора месяца после знакомства, бригадный генерал Леметри (кстати, отправленный в почетную отставку) оказался в симпатичном старом коттедже в пригороде Квебека…
…Стояло чудесное морозное, но солнечное зимнее утро, и бригадный генерал, одетый лишь в джинсы и шерстяной свитер, разгребал во дворе сугробы, нападавшие за ночь. Генерал жутко соскучился по самому обычному снегу за время службы в тропиках. Основная дорожка была расчищена раньше всего — что позволило Адели выехать на улицу и повезти детей в школу. А Леметри продолжил увлекательную борьбу со снежными завалами. Он оттеснил противника к крайним рубежам, и готовился к финальной атаке, когда у ворот затормозило такси, и из него вышла древнеегипетская мумия, замаскированная под пожилую дочерна загорелую европейку, одетую в ярко-лиловый комбинезон типа «полярная пуховка».
— О! — воскликнула мумия, уставившись на Леметри, — Разорваться мне на части, если это не тот самый генерал Сезар Леметри! Я угадала, ведь правда?
— Правда, — ответил он, — а вы кто, мадам?
— Я Маргарет Блэкчок, и вы даже не представляете, как Адели рассказывала о вас.
— А! Я понял! Вы Марго Блэкчок, новеллистка из Виктории-Ванкувера?
— Да и, знаете, Адели, это не просто литературный агент, это…
— …Это, — перебил генерал, — моя любимая женщина, и она меня покусает, если я позволю вам простудиться. Пойдемте в дом, и я налью вам кружку горячего красного вина с гвоздикой.
— О! Сезар! Вы даже знаете, что я обожаю горячее красное вино с гвоздикой?
— Я догадался, потому что в книжке ваша героиня мечтает о зиме и об этом напитке.
— О! Вы читали мою новеллу «13 футов»?
— Я только позавчера начал. Мне Адели посоветовала. А сейчас, Марго, быстро в дом!
…После нескольких глотков горячего вина «мумия» слегка порозовела под слоем загара.
— Сезар! Здорово, что вы есть! Я позвонила Адели уже из этого аэропорта, сказать, что у меня проблемы, и я здесь, а она сказала «Нормально, Марго, там Сезар, он надежен, как топор».
— Какого сорта проблемы? — спросил Леметри, тоже делая глоток вина, за компанию.
— Вчера вечером, — сказала пожилая новеллистка, — ко мне домой приперлась полиция, у меня устроили обыск, и следователь задавал мне идиотские вопросы про кйоккенмонддингеров.
— Про кого?
— Про девушек — кйоккенмоддингеров. Так называют себя молодые феминистки из Онтарио, взорвавшие над Тихим океаном самолет с банкирами из Эмиратов.
— А-а, — отставной бригадный генерал кивнул, — вчера утром про это было по TF-news.
— Вот-вот, — сказала новеллистка, — потом эти девушки объявились на Маркизских островах, устроили сетевую видео-конференцию, и резко прошлись по фундаментализму, особенно по исламскому, а также по толерантности и проблеме исламского влияния в Канаде.
— Стоп, Марго. При чем тут вы? Вы же пишете приключенческие книжки, а не про политику.
«Мумия», ставшая даже симпатичной под влиянием вина и уютного кресла, улыбнулась, тихо вздохнула и звякнула ногтем по тонкому фужеру.
— При желании, дорогой Сезар, политику можно найти даже в словаре, что и произошло.
— А-а, ну конечно, можно, если паранойя. Но, говорят, от этого лечат какими-то таблетками.
— Думаю, вы правы, Сезар, но департаменту «Гамма» нашей Конной полиции не хватило таких таблеток, и они обвинили меня в создании экстремистской идеологии кйоккенмонддингеров. К середине разговора со следователем, я даже начала понимать ход его мысли. Мой преступный замысел, по его мнению, созрел 30 лет назад. После крушения второго брака, я с тремя детьми уехала в свое родовое гнездо, в Келоуну, на озеро Оканаган и, преисполнившись ненависти к мировым религиям, создала идеологическую бомбу радикально-феминистского толка. Бомба представляла собой медиа-книжку «По следам Огопого». Огопого, это такой монстр из сказок индейцев Оканагана. В книжке есть приложение: «словарь Огопого». Это мое изобретение — я составила словарь упрощенного языка индейцев, чтобы свободнее общаться с ними, и потом включила его в приложение к медиа-книге, чтобы читатели тоже могли пользоваться. Но, по версии полиции, цель составления словаря Огопого была именно экстремистская.
— Какая-то несмешная шутка, — прокомментировал отставной бригадный генерал.
