После Геолы – самой долгой зимней ночи – Хенгист начал замыкаться в себе. Он стал менее разговорчивым и потерял интерес к обучению Беобранда. Всех остальных это настораживало и даже пугало – всех, кроме Дренга, который, похоже, даже в подобной ситуации чувствовал себя в обществе Хенгиста раскованно. После того, как Хенгист снова пришел в ярость, что с ним случалось все чаще (он бешено заорал на Артаира за то, что тот пережарил белку над костром), Дренг улыбнулся и сказал:
– У него снова разыгралась кровь. Завтра нам нужно тронуться в путь.
На следующее утро было очень холодно. Деревья вокруг них поскрипывали и потрескивали, готовясь к еще более суровой погоде. Дренг начал молча собирать вещи, и все остальные последовали его примеру: они стали сворачивать одеяла и запихивать скудные съестные припасы в мешки. Хенгист, закутавшись в плащ, уселся чуть в стороне спиной ко всем остальным.
Затем они двинулись вдоль ручья в сторону юга, и это удивило Беобранда. Возможно, Хенгист изменил мнение насчет того, куда им идти. Беобранд невольно задался мыслью, не боится ли он снова натолкнуться на Галана.
Пройдя не очень-то большое расстояние, они вдруг учуяли запах дыма от костра. Они остановились и стали дружно принюхиваться и прислушиваться, пытаясь понять, откуда мог доноситься этот запах. Некоторое время спустя они услышали, как где-то справа от них тихо заржала лошадь.
Тогда они приготовили оружие и положили мешки на замерзшую землю под огромным буком. Не говоря друг другу ни слова, они молча пошли вперед – как волки, привлеченные запахом только что родившегося ягненка. Беобранд толком не знал, что они сейчас намереваются делать, но почувствовал, как у него у самого начала играть кровь от предвкушения решительных действий. Он ведь последние два месяца активно упражнялся, и теперь ему, наверное, представится возможность применить на деле то, чему он научился. Он держал в руках копье и щит, а в кожаной петле на его поясе все еще висел сакс Хенгиста.
Выражение лица Хенгиста сейчас было очень сосредоточенным. Его глаза сверкали, рот слегка приоткрылся, и из него вырывался пар. Он жестами руководил действиями своих спутников по мере того, как они продвигались вперед. Они шли, пригибаясь, туда, откуда до них донеслось ржание, прячась за стволы деревьев и растянувшись в одну линию. Однако не успели они сделать и двадцати шагов, как тишину леса разорвал пронзительный крик. Затем до них донеслись звуки сражения: звенел металл, кто-то кричал от ярости или боли.
Беобранд, Хенгист и все остальные на мгновение замерли, а затем устремились вперед еще быстрее.
Вскоре они подошли к полянке, на которой большой дуб, поваленный когда-то бурей, лежал так, что его покрытые землей и перепутавшиеся друг с другом корни торчали во все стороны, образуя своеобразную паутину. Там, где упало это дерево, оно расчистило довольно большой участок земли, поскольку повалило своей массой деревья поменьше. Торчащие вверх толстые корни дуба создавали нечто вроде укрытия, и участок земли перед ними был идеальным местом для того, чтобы разбить небольшой лагерь. Поэтому, видимо, кто-то развел там недавно небольшой костер.
К упавшему дубу были привязаны две лошади, а на полянке находилось восемь человек. Двое из них лежали неподвижно на земле, а остальные шестеро дрались друг с другом. Со стороны показалось, что двое из этих людей – молодая женщина, вооруженная коротким копьем, и мужчина, размахивающий саксом с широким клинком, – защищали свой лагерь. Четверо мужчин, наседающих на них, похоже, напали совершенно внезапно и являлись, скорее всего, разбойниками. Два человека, лежащие неподвижно на земле, тоже, по-видимому, принадлежали к числу защитников лагеря, но их, наверное, убили очень быстро в силу того, что разбойники атаковали неожиданно.
Беобранд не стал ни о чем раздумывать. Он вдруг почувствовал себя решительным и хладнокровным воином. У него мгновенно возникло желание выступить на стороне тех, кто оказался в меньшинстве. Он не стал противиться этому желанию и, выскочив на полянку, с размаху метнул копье с такой силой, что оно, угодив одному из разбойников в грудь, сбило его с ног. Металлический наконечник копья исчез между ребер разбойника, и он умер еще до того, как его тело рухнуло на замерзший лесной грунт.
Беобранд даже не стал проверять, попало брошенное им копье в цель или нет: он был уверен, что уже расправился с этим противником. Выхватив из кожаной петли на поясе сакс Хенгиста, он бросился к следующему разбойнику и, грозно заорав, с силой рубанул по его ключице сверху вниз. Из рассеченной клинком артерии хлынула кровь, забрызгав Беобранду лицо и руки, а сраженный разбойник повалился наземь.
