- А что, если мы просто украдем ваши гребаные лодки? Вы не сможете противостоять нам, так как половина ваших мужчин находится в Черном Граде.
- Вы утащите обгорелое дерево, если попытаетесь, - ответила она ему, успокаиваясь теперь, когда он шагнул в приготовленную для него яму. - Баржи заправлены ламповым маслом. Одно мое слово -- и они вспыхнут.
Марафис почувствовал себя дураком. Все это могло быть блефом, а он никогда бы не узнал правды. Пять рек, последняя переправа, баржи, заправленные нефтью. Исс никогда бы не отправился на встречу, не имея представления о таких моментах. Знание было силой. И отсутствие знаний означало, что тебя могли загнать в угол и заставить платить, чтобы выйти.
- Должна ли я назвать свои условия?
Он не знал, как ему удалось не задохнуться на словах:
- Продолжай.
Вождь Скарпа хмыкнула с некоторым удовлетворением.
- Я хочу боевые машины, таран. Двести лошадей с седлами, двести комплектов доспехов, включая ножные части, и кланников, которых вы держите в заложниках.
Он должен был отдать ей должное, ее разведчики были хороши. Она ожидала ответа, один раз быстро облизнув губы лиловым языком, а усыпанными драгоценностями пальцами поглаживая головы ласок. Почему ему стало так жарко на этой проклятой поляне? Марафис взглянул на солнце над головой, а затем пожалел об этом. Перед глаза побежали обжигающие круги. Этот придурок с мечом ослепил его намеренно, как следует. Ему нужно было подумать, но все, что стояло сейчас перед глазами -- это ласки и слепящий свет.
Крепко сжав зубы, Марафис заставил себя взвешивать предложения вождя. Боевые машины? Она может их взять. Они попадают в цель один раз из пяти, как он помнил. И таран оставит с удовольствием -- его колеса застревали намного чаще, чем колеса повозок. Стефан Граймс может поднять шум -- это был таран его компании -- но Марафис по своему опыту знал, что профессиональные наемники, как правило, были приучены к превратностям войны. Люди умирали, одно имущество погибало, другое приобреталось: таковы были стандарты профессиональных солдат.
Хотя лошади. Это было другое. Запросить две сотни было несколько жирновато, и она это знала. Если он с ней на этом сойдется, то это дорого обойдется его армии. Пришлось бы лишиться своих коней стражникам, потому что Марафис не видел способа забрать лошадей только у наемников. Издержки должны быть ограниченно честными, иначе возникал риск мятежа. Что касается брони -- ну, для начала она могла бы взять его ездовые доспехи. Когда он пытался в них двигаться, вещь раздражала, как сам ад. С оставшимися ста девяноста девятью комплектами также не должно быть больших проблем, хотя не все части там обязательно совпадут.
Он сказал:
- Сотня лошадей, и кланники остаются у меня.
- Сто пятьдесят, и кланников беру я.
Она была бы ничем, если бы не ее быстрота. Марафис заглянул в ее небольшие черные глаза и сказал ей:
- Кланники обсуждению не подлежат. - Он сам едва ли понимал, почему он так сделал, потому что до этого момента кланники являлись предметом сделки - они были пленными, захваченными, чтобы выкачать информацию, а затем продать. Даже создалось ощущение, что она, как вождь клана, хотела бы выкупить членов союзного клана, Черного Града. Тем не менее, он не считал, что ее цель была высокоморальной. Все, что эта женщина давала, в конечном счете обходилось дороже реальной цены.
Как только Йелма Скарп открыла рот, чтобы заговорить, Марафис ее остановил. Он кое-что вспомнил о скарпийском круглом доме и подумал, К демонам я дам этому вылететь.
- Я слышал, что круглый дом был несколько поврежден пожаром. Должно быть, защищать его трудно.
Это замкнуло ее маленькое сморщенное лицо. Она только что собиралась настаивать на кланниках, он был в этом уверен, но сейчас она остановилась на миг, чтобы обдумать заново. Вокруг поляны двести мечников переминались с ноги на ногу. Некоторые опустили свои мечи вниз острием, остальные переглядывались.
- Сто пятьдесят. По рукам. - Йелма Скарп поднялась на ноги. - Я отправлю перевозчика натянуть тросы. Через час будьте готовы со своей данью.
Дань, что за славное словцо для этого. Марафис не попрощался с ней, на самом деле ничего не сказал, глядя, как ее костлявый зад скользил между деревьями. Она на самом деле была лаской. Он не думал, что обхитрил ее, но, по крайней мере, он кое-что удержал. Пятьдесят лошадей и пять кланников, если быть точнее.
Эта мысль доставила ему некоторое удовольствие, и когда одинокое облако затуманило солнце, он даже улыбнулся человеку, который пытался ослепить его бликами от своего меча. Видимо, улыбка Глазастого показалась мечнику, который быстро отвел взгляд, малоприятным зрелищем. Ослеплю тебя в ответ уродством, с удовлетворением подумал Марафис.
- Давайте, ребята, - сказал он Тату и наемнику. - Давайте убираться из этого логова ласки и прокладывать путь домой.
Спир Венис звал его.
