Тут нужно ещё понимать, что после уничтожения ядерной программы Пакистана центрифуги по обогащению урана теперь из этой страны уже не «расползутся» по миру. Ведь именно паки в моей истории снабдили технологиями Иран, КНДР и Ливию, а тут персам придётся либо выдумывать что-то самостоятельно — что сомнительно — либо покупать уран на стороне. А кто тут главный экспортёр обогащённого энергетического урана? СССР же! Так что на подобных контрактах мы могли заработать не один раз, а дважды — второй раз на продаже топлива, что было как минимум не безынтересно.
Потихоньку реализовывался подписанный договор с Китаем. Там уже выбрали площадку под строительство, местные товарищи активно начали подготовку инфраструктуры: тянуть кабели и трубы, строить жильё для рабочих и так далее. Ожидалось, что первый грунт будет вытащен уже в следующем году, а в 1988 — пойдёт заливка первого бетона. Поднебесная была кровно заинтересована в развитии мирной атомной энергетики, поэтому все решения в данной сфере там принимались просто мгновенно, без малейшей проволочки.
А вот индусы нас фактически кинули через колено. Сначала объявили на весь мир, что ведут переговоры с СССР по поводу договора на постройку 4 блоков ВВЭР-1000, а потом тупо использовали это, чтобы выбить из французов скидку. Индийцы в общем-то и без помощи других стран активно строили блоки на тяжёлой воде собственного производства, вот только мощность у них в 220 МВт очевидно не поспевала за ростом потребления электроэнергии в стране. И вот постройка АЭС по советским технологиям, о которой было договорено ещё зимой прошлого года, должна была стать для наших южных партнёров настоящим прорывом в атомной отрасли. Но не стала. К сожалению.
05 ноября 1986 года; Берлин, ГДР
