Джейн таскала большой деревянный поднос с печеными сулами. Ей уже не раз приходилось бегать на кухню, чтобы забрать свежую порцию сулов, запеченных в пепле нескольких «длинных костров». Когда речь идет о приготовлении большого количества еды, особенно на открытом воздухе или в больших залах, как например, в Торвальдслэнде, костры, или очаги почти всегда устраиваются узкими и длинными, так как это увеличивает количество пищи, которая может готовиться одновременно и предоставляет легкий доступ к стряпне с обеих сторон огня. Кроме того, можно отметить, что такой очаг в силу своей длины, распределяет тепло по более широкому пространству, что может быть полезно, если надо прогреть большое помещение, вроде зала.
Я посматривал за Сару, находившуюся в нескольких столах от меня.
Пертинакс, похоже, сделал все от него зависящее, чтобы она чувствовала себя пристыженной, низкой и никчемной. И, кажется, он преуспел в этом вопросе.
Последнее, что типичная рабыня чувствует в своей неволе, это стыд. Как правило, спустя некоторое время девушка обнаруживает, что в неволе она более свободна, чем когда-либо в бытность свою свободной женщиной, свободнее не только в движениях, в легкости и открытости ее одеяния, но свободнее эмоционально и сексуально. Она понимает, что принадлежит, но в ошейнике чувствует себя освобожденной. Она должна повиноваться без промедлений и сомнений, но она наслаждается, делая это. Она взволнована и удовлетворена тем, что принадлежит. Она знает, что в некотором смысле превосходит всех остальных женщин. Она была признана достойной ошейника. Ошейник, сам по себе, является знаком ее желанности и красоты. Ее желанность и красота таковы, что мужчины не будут удовлетворены ничем иным, кроме как полным обладанием ею. Таким образом, вместо того, чтобы стыдиться своей неволи, типичная рабыня находит в этом источник уверенности и гордости. Также, рабыня находит себя довольной ее женственностью, реагируя эмоционально и сексуально на доминирующего мужчину, у которого будет вся она, все, что она может дать и даже больше. И какая женщина не захочет, не имея никакого выбора, отдаться такому мужчине во всем? Кто хотел иметь отношения с меньшим мужчиной? Все женщины мечтают о господине. Некоторые его находят. Также, можно было бы отметить, что рабыни на Горе — привычная и важная часть гореанского общества. Их идентичность и место ясно определены и установлены. И кто кроме ревнивых, завистливых свободных женщин не наслаждается лицезрением прекрасных рабынь? А разве Вы не хотели бы купить одну из них? Таким образом, существует два мощных фактора, гарантирующих сохранение института женской неволи на Горе, во-первых, безоговорочное принятие и одобрении обществом, довольным своими рабынями и возможностью их иметь, и, во-вторых, его эффекты на самих рабынь. В неволе женщина находит свое удовольствие, при этом общество не только не имеет никакого интереса к отрицанию этого удовольствия, но и поддерживает и одобряет его. Неудивительно, что очень многие рабыни обожают свои ошейники. Они, наконец-то, те, кем они хотят быть, и то, что они хотят этим быть, не только принято, но одобрено. Действительно, общество не только одобряет их неволю, но и пустит все свои ресурсы и силы на то, чтобы гарантировать, что их неволя, желают они того или нет, останется несгибаемой и неизбежной, что ошейники, если можно так выразиться, останутся надежно запертыми на их прекрасных шеях. Во всех этих вопросах рабыням не оставлено выбора, и они об этом знают. Цепи реальны, и, рады они тому или нет, она находится на них.
Но, конечно, это отдельный вопрос, является ли рабыня низшей, никчемной или что-то в этом роде. Очевидно, что в некотором смысле рабыня — низшее существо. В конце концов, она — рабыня.
Бездонная пропасть отделяет ее от свободной женщины.
С другой стороны, как мы уже знаем, рабыня далека от ощущения себя низшей, и, как женщина, вероятно, будет чувствовать намного выше своей свободной сестры. Например, сказать свободной женщине, что она «рабски красивая», это сделать ей комплимент. Это означает, что она достаточно красива, чтобы быть рабыней, достаточно красива, чтобы представлять интерес для мужчин, достаточно красива, чтобы быть публично выставленной на показ и проданной, достаточно красива, чтобы быть в ошейнике. К тому же, если не брать в расчет экономические или социальные преимущества, то мужчина всегда предпочтет рабыню. Кому нужна свободная женщина, если можно иметь у своих ног голую, уязвимую, беззащитную, покладистую рабыню? Немногие свободные женщины, если таковые вообще имеются, знают, как надо ползти с плетью в зубах, целовать рабские наручники, извиваться под рабским кольцом, целоваться, и так далее.
