– Не хочу об этом говорить.
– Почему?
Я настаивал.
А зеркалу было плевать.
– Ты мешаешь мне смотреть телевизор?
– И что из этого?
– Я хочу узнать про первый поцелуй Паши и Маши.
– Что?
– Что слышал!
Рядом с человеком без ножа на кровати лежал пульт от телевизора. Парень взял его в руку и сделал несколько нажатий большой треугольной кнопки.
Диалог в телевизоре стал громче. И теперь из-за чьих-то реплик меня стало плохо слышно.
Проблема.
Однако я всё же спросил, срываясь на крик:
– Кофе будешь?
Человек без ножа не ответил. Он смотрел в другую сторону от меня, в телевизор, а может просто делал вид, чтобы избавиться от меня и моих вопросов.
Я встал со стула, подождал немного, но, так и не получив ожидаемой реакции, махнул на нового соседа рукой.
– Как знаешь, – сказал я, развернувшись к нему спиной.
– Филипп.
Неожиданно. Его палец при этом нажал блокировку звука на пульте.
– Что?
– Так меня зовут.
Я угадал. Он лишь притворялся.
– Хорошо.
– А ты?
– Владимир.
– Теперь мы знакомы.
– Зачем?
– Нам всё-таки жить вместе.
Мне не была понятна эта странная логика. По спине пробежала дрожь. Если в этой ситуации был юмор, то я остался бесконечно далёк от его понимания. Но теперь со мной хотя бы разговаривали. И в этом заключался весомый плюс. Можно было надеяться, что мне не перережут глотку во сне.
– Так что на счёт кофе? – спросил я.
– Сделай по собственному усмотрению.
Удовлетворив меня своим ответом, Филипп вновь обратил своё внимание на телевизор. Там как раз начиналось самое интересное.
Для него.
– Ты!
– Нет, ты!
– Идите на хер оба!..
Соревноваться за чужое внимание с такими истошными криками мне было не с руки.
– Козел!
– Коза!
– Пидар конченный!
– Дура ебаннутая!
Впрочем, они смолкли, как только я прикрыл за собой дверь.
– Да уж, – и снова выдох.
Сам я обычно не включал телевизор. Лишь изредка, чтобы посмотреть кино на сон грядущий. А вот ток-шоу ни в коем случае. Эту дрянь я не переваривал.
Правда, их почему-то очень любили все мои соседи. Руслан, Азиз, Пётр, Илья, Тимур, Олег, Борис. Кажется, никого не забыл. Все они были любителями поглазеть на неискоренимые споры в прямом эфире. И новый сосед не принёс мне ничего нового на этом поприще.
Смирившись с очередными превратностями судьбы, я продолжал двигаться в сторону чайной. Чайная в нашем случае – это комната метр на метр. Она стала подачкой с барского плеча от главного врача после случившегося месяц назад скандала.
Скандала?
Нет, ничего особенного. Просто как обычно Городской комитет по соблюдению прав психически неуравновешенных личностей раздул из мухи слона на ровном месте и не там, где нужно. Реальные сигналы они игнорируют, а тут, видите ли, засуетились.
Итак, жил у нас в третьей слева палате один тощий старичок. Не из буйных. И была у него своя собственная мания. Согласно ей он не кушал до захода солнца. То ли религия, то ли старческий заскок. Особо никто не разбирался. Сказали:
«У нас показательное лечебное заведение. Входит в первую сотню в мире. Вы нам всю статистику портите».
И на этом основании старичка послали на фиг со всеми его экстравагантными запросами. А старичок смирным был. Он промолчал, потерпел недельку, да и умер.
Вполне закономерный итог.
Тихо и мирно умер.
Тоже не по статистике.
Зато у нас появилась ночная чайная. Квадратный метр, в который запихнули автомат с кофе и пряниками. Немного, но всё равно приятно.
Будучи уже на месте, я нажал на кнопку «чай». О себе я думал в первую очередь. Мысли о новом соседе я оставил на второе.
– Не спишь, значит?
Резкий и грубый голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности.
– Дежуришь?
Пока продуктовый автомат урчал и цедил кипяток, у меня было мгновение, чтобы убедиться в том, что я и так знал.
– Здравствуйте, – осторожно произнёс я, поворачиваясь спиной к автомату.
– Здравствуй-здравствуй…
Смешок.
Передо мной стояла пухлая мадам в возрасте под тридцать, ростом на две головы выше меня. Избыток в росте и весе эта женщина сочетала с наглой ухмылкой и большой темно-фиолетовой резиновой дубинкой. Цвет дубинки хорошо сочетался с темно-фиолетовым цветом формы больничной охраны. Однако же мерные покачивания дубинки в толстых женских руках намекали на возможность болезненного сочетания этой дубинки с моей головой.
– Готов отдежурить? – произнесла дама, делая неоспоримый вызов.
– Нет.
Я ответил не задумываясь. Возможно, стоило включить мозги, но меня начало тошнить ещё на стадии сплетен и баек про ночные дежурства. Когда же рожа протокольная появилась прямо передо мной, мне стало намного хуже.
– Чего ждёшь? На колени, подлый трус!
– Ваш чай готов, – это был голос автомата за спиной.
Вовремя.
Или нет?
Снова сработал рефлекс. Мне даже оборачиваться не пришлось. Рука просто схватила и резким движением плеснула содержимое стакана в наглого врага. Хотелось попасть в наглую морду, но разница в росте помешала. И поэтому чай растёкся по выпирающей женской груди.
Последовал короткий миг тишины и анализа. Затишье перед бурей. Во всяком случае, именно бури я ждал.
Ошибочка.
– Ты что охуел?