Через пару часов был уже вечер, и я клянусь, что все это время мы старательно не вспоминали обо всей этой истории. А потом уже и не хотелось. К тому же адски клонило в сон.
– Спасибо, Стас, – только и сказал я, опуская голову на жиденькую гостиничную подушку. – Что бы я без тебя делал?
– Ну, не знаю, – отозвался Стас с другой стороны кровати. – Лежал бы, наверно, тут один и жесткие порноканалы смотрел. Хотя можешь и так этим заняться, я отвернусь.
– Самый жесткач будет завтра.
– Бесспорно, – ответил Стас.
Греческий ресторанчик прятался в глубине квартала и назывался красиво: «Онейрополис». Терраса при ресторане растопырилась на половину тротуара. Деревянные столбики были оплетены цветущим виноградом; присмотревшись, можно было понять, что виноград пластмассовый.
Тимур расселся в плетеном кресле, и мы из окна машины могли видеть его тощий затылок. Со злорадством я отметил: он зачесывает волосы назад, потому что начинает лысеть. Сзади была хорошо видна круглая плешь.
Таня сидела напротив. Она выглядела усталой и неуверенной. Она вертела в руках бумажную салфетку. Продюсер листал меню за двоих и, казалось, был весь поглощен этим занятием.
– Хорьятики, – только и слышали мы. – Мусаки…
Таниного телефона нигде не было видно. Скорее всего, он так и лежал в сумке. Микрофон оттуда ловил плохо.
Стас прибавил громкость.
– Я угощаю, если ты не против, – говорил этот Тимур. – Я с удовольствием понаблюдаю за тобой, когда ты все это попробуешь. Улыбка тебя очень красит, Таня.
– Я буду кофе, – сказала Таня без улыбки.
– Понимаю. Никакого алкоголя. Закажем кофе по-гречески. Здесь божественно готовят кофе по-гречески…
Мне стало смешно. Я знал, как Таня относится к pickup-шаблонам такого уровня. Но и Тимур был не прост.
– Ты даже не заметишь, – усмехнулся он, – как официант добавит туда метаксу. Я просто подмигну ему. Это любимый напиток в нашем офисе. Две чашки – и жизнь заиграет новыми красками.
– Примерно об этом мне и хотелось бы поговорить, – прервала Таня.
Я вздохнул. Господи, какая она умная, подумал я. Стас старательно делал вид, что не слушает. Он возился со своим телефоном. Я придвинул его ноутбук поближе к себе.
– Ах, прости, – Тимур даже руками всплеснул, хотя она не могла его видеть. – Но я не ошибся, когда так сказал. Я очень надеюсь, что в скором времени мы вот так же окажемся с тобой… в каком-либо чудесном месте. К примеру, на Кипре. Это райский остров. Ты увидишь, как там красиво… увидишь своими глазами… ты мне веришь, принцесса?
– Пока грамотно подкатывает, – похвалил Стас. Он все-таки слушал.
Ноут соскользнул с моей дернувшейся коленки. Что-то случилось, и звук пропал.
– Приложение лагает, – пояснил Стас и принялся исправлять.
Несколько минут я сверлил взглядом плешивый затылок Тимура. Он ерзал в своем кресле. Он жестикулировал. Он тоже не был уверен, этот чертов продюсер. Как говорит отец: не все коту масленица.
– Так, работаем дальше, – сказал наконец Стас.
– …с первой нашей встречи, – услышал я уже изрядно поднадоевший голос. – Иногда так бывает, знаешь? Как откровение. Тогда, на шоссе. Я сразу подумал: тебе не по пути с этими двумя…
Приложение снова охотно лагануло. Я выругался. Стас забрал у меня ноутбук. Через пару минут вернул.
За это время официант принес первую порцию жрачки. До меня даже донесся запах кофе с коньяком. А может, показалось.
– Не надо скромничать, – продолжал господин продюсер, прихлебывая кофе. – Скромность украшает, но не кормит. С твоими, Таня… внешними данными… ты можешь стать звездой телевидения. Это была первая проба сил…
– Я не люблю телевидение, – сказала Таня. – Там постоянно врут.
– Это же профессиональное вранье, – рассмеялся Тимур. – В театре тоже врут. Но ты ведь не кричишь на каждом шагу: не верю!
– Не верю, – сказала Таня. – Пока не увижу. Своими глазами.
– Конечно, конечно, – пропел Тимур сладким голосом. – Я тебя услышал. Только не торопись. Хочешь первую хорошую новость? Владельцы франшизы внимательно пересмотрели наш эфир. Они сказали, что таких рейтингов в России еще никогда не было – ну, впрочем, я это и так знаю… а еще они сказали, что ты их очень впечатлила. И теперь они готовы пригласить тебя… как бы это сказать… в международное турне. В твоей анкете значится, что ты свободно говоришь по-английски. Это правда?
– Sure, – сказала Таня.
– Тебя научила твоя мама?
– Я слушала аудиолекции. Мы больше нечем было заниматься.
– Замечательно. Замечательно. Как это у вас говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло… я верно понимаю смысл этой пословицы?
Кажется, Таня не ответила. Только устало вздохнула. Тимур сделал вид, что не заметил.
– Да – в турне, – отмотал он назад. – Нас смотрят в интернете по всему миру. Скажу без ложной скромности, только на «Ютьюбе» у нас тридцать миллионов подписчиков. Но даже не это главное. Мы выходим на кабеле в очень специальных странах… в Штатах, в Японии, в Сингапуре… даже на платном канале в Эмиратах. Для местного зрителя твое появление будет культурным шоком. Бедная сирота из Сибири!
– Почему сирота? – Таня нахмурилась. – Почему из Сибири?