– Когда я была девочкой, – сказала Минла, – задолго до вашего появления, отец рассказывал мне истории о людях, путешествующих через пустоту и глядящих сверху на Лекиф. Он шутил и сочинял стишки, и я смеялась. Но он вкладывал в эти истории очень серьезное послание. Он показывал картинки из моих книжек – огромный корабль, который принес нас на Лекиф. Он объяснил, что мы пришли со звезд и когда-нибудь найдем способ вернуться туда. Когда я была маленькой, это казалось игрой воображения, тем, чего никогда не будет в реальности. И все же сейчас это происходит, как всегда утверждал мой отец. Если я проживу достаточно долго, то узнаю, каково это – оставить Лекиф позади. Но я умру задолго до того, как мы доберемся до новой планеты или увидим хоть одно из тех чудес, которые известны вам.
На мгновение Минла из энергичного военачальника снова превратилась в девочку. Что-то в ее лице вернуло Мерлина на много лет назад, проламывая тщательно возведенные им укрепления.
– Позвольте, я вам кое-что покажу.
Он повел ее в задний отсек «Тирана» и продемонстрировал матово-черный конус свирели, висящий в креплениях. С разрешения Мерлина Минла погладила ее гладкий, как стекло, бок. Она протянула руку осторожно, словно ожидала встретить что-то очень горячее или очень холодное. Наконец ее пальцы легонько коснулись древнего артефакта, а потом уверенно прижались к нему.
– Она кажется очень старой, – сказала Минла. – Не могу сказать почему.
– Так оно и есть. Я частенько испытываю такое же ощущение.
– Старой и очень тяжелой. Намного тяжелее, чем ей полагается быть. И когда я смотрю на нее, кажется, что она не вполне здесь, будто я смотрю на пространство, где ей полагается быть.
– Я вижу ровно то же самое.
Минла убрала руку:
– Что это?
– Мы называем это свирелью. Это не оружие. Скорее, ключ или паспорт.
– А что она делает?
– Позволяет моему кораблю пользоваться Паутиной. В свое время Пролагающие Путь сделали, должно быть, миллиарды таких штук – достаточно, чтобы связать между собой миллион планет. Только представьте себе, Минла: миллионы звезд, связанных нитями ускоренного пространства-времени, и на каждую нить нанизаны тысячи сверкающих кораблей, носящихся туда-сюда, капельки меда на шелковой нити, и каждый корабль настолько приближается к скорости света, что само время замедляется почти до неподвижности. Вы можете пообедать на одной планете, направить свой корабль в Паутину и поужинать на другой, в закатных лучах другого солнца. Пока вы плыли с потоком, прошла, скажем, тысяча лет, но это не имеет значения. Пролагающие Путь создали империю, в которой тысячелетие было всего лишь послеобеденным отдыхом, временем, чтобы составить планы на следующий день. – Мерлин печально посмотрел на Минлу. – Во всяком случае, таков был замысел.
– А теперь?
– Мы завтракаем на развалинах, почти не помня о минувшей славе, и прочесываем космос ради горстки еще функционирующих свирелей.
– А вы можете разобрать ее и посмотреть, как она устроена?
– Только если я захочу покончить с собой. Пролагающие Путь хорошо защищали свои тайны.
– Значит, она очень ценная.
– Бесценная.
Минла снова погладила свирель:
– Она кажется мертвой.
– Просто сейчас не активирована. Когда Паутина подойдет ближе, свирель почувствует ее. Так мы узнаем, что пора убираться отсюда. – Мерлин заставил себя улыбнуться. – Но к тому времени будем уже в пути.
– А вы не боитесь, что теперь, когда вы открыли мне свой секрет, мы заберем ее у вас?
– Корабль вам не позволит. Да и какая вам от нее польза?
– Мы могли бы построить собственный корабль и с помощью вашей свирели сбежать отсюда.
Мерлин ответил, стараясь, чтобы его голос звучал не слишком покровительственно:
– Любой построенный вами корабль разобьется вдребезги при первом соприкосновении с Паутиной, даже если у вас будет свирель. К тому же вы мало чего добьетесь. По Паутине могут перемещаться лишь небольшие корабли.
– А почему так?
Мерлин пожал плечами:
– Им было не нужно, ведь они добирались куда угодно всего за пару дней. Помните, я говорил о замедлении времени? – Он познакомил местных жителей с основными представлениями о релятивистской механике, хотя некоторым по-прежнему трудно было осознать последствия искривления времени. – Не надо везти с собой всю провизию, даже если отправляешься в противоположный конец Галактики.
– Но может ли корабль побольше войти в Паутину, если потребуется?
– Стрессовые перегрузки не позволят. Это примерно как мчаться по стремнине. – Мерлин не заботился о том, понимает ли его Минла. – Свирель создает тропу, по которой ты можешь пройти, маршрут, на котором легче всего одолеть реку. Но все равно нужна небольшая лодочка, чтобы прорваться через препятствия.
– Значит, никто не строил больших кораблей, даже во времена Пролагающих Путь?
– Зачем им это?
– Я спросила о другом, Мерлин.
– Это было очень давно. Мне известно не все. И вам не следует возлагать большие надежды на Паутину. Она пытается убить вас, а не спасти.
– Но когда вы покинете нас, то полетите по Паутине, ведь так?
Мерлин кивнул:
– Но сперва я тщательно проверю, есть ли у меня фора для встречи.
