– Так, а на что тебе тратить? Вон, ты сам мне сказал, что за полгода продал инструментов на полтинник. А ничего ещё себе не купил. Мобила всё та же, труба всё та же.
– Ты мои деньги считаешь?
– Чува-а-ак, ну не надо всей этой фигни сейчас. Я тебе с конкретным вопросом. Скажи либо «да», либо «нет», и хватит уже. Мне самому весь этот разговор не нравится.
Ибрагим мог помочь своему другу, ведь у него, и правда, были деньги. Но ему совсем не хотелось этого делать. И вовсе не из жадности или безразличия к жизни Гриши. Просто Ибрагим не верил, что деньги способны помочь. Да, Гриша на время откупится, а потом снова, понемногу, спустится в долговую яму. И самой вероятной оплатой долга Ибрагиму станет бесплатная аренда точки на пять лет вперёд. «Наверно, я всё-таки жадный, – подумал Ибрагим в конце своих размышлений».
– Нет, прости, – сказал Ибрагим.
– Ладно, ладно, ничего, – ответил Гриша поникшим голосом.
– Ты, кстати, время видел?
– Да, уже пора, – сказал Гриша и стал объявлять о начале второго отделения.
В этот момент из подсобки вышла Елизавета и, махая рукой музыкантам, чтобы они не начинали, подошла к ним.
– Тут такое дело, – начала администратор. – Там девочки уже пришли. У них, видите ли, ещё один заказ, и они раньше припёрлись. Я с ними договорилась так: вы играете песен пять, потом они выходят – у них номер. Потом опять вы, и опять они. Догоняете? Потом общий перерыв в девять, а после они сразу танцуют и уходят, а вы заканчиваете к десяти. Догнали схему?
– Без проблем, – ответил гитарист.
– Тогда всё, начинайте, и так задержались. И играйте нормально, – едко завершила она разговор и сразу ушла, не дожидаясь реакции.
– Слышал? – усмехнулся гитарист, выключая подложку. – Играй нормально.
– Да пошла она.
Грянул рок-н-ролл, «Мотылёк» пустился в пляс, остальные посетители уютно загалдели. К концу первой песни в бар зашли уже забытые трубачом рыжая и шатенка. Они казались пьянее прежнего, рыжая всем своим видом и жестами демонстрировала, что её притащили сюда против воли, она посмотрела на каждый уголок в помещении и на всех кроме трубача. Шатенка, сдержано улыбаясь, мельком взглянула пару раз на трубача и усадила свою подругу за тот же первый столик. Они заказали по пиву, рыжая скрестила руки на груди, а шатенка её что-то шептала.
Гитарист хмуро косился на трубача, давая понять, что не надо опять ходить к этим девицам. Но старая поговорка оказалась верна: «Если музыкант не идёт к девицам, то девицы идут к музыканту». Рыжая, всплеснув руками, со злыми глазами подошла между песен к гитаристу и громким пьяным голосом спросила:
– Лепса знаете?
– Лично? – простодушным тоном спросил гитарист.
– Яично, блять! – крикнула рыжая. – Песни Лепса какие знаете?
– Рюмку водки.
– Не пойдёт.
– А мне кажется, в самый раз, – гитарист был раздражён этой заминкой и, игнорируя рыжую, стал включать следующий трек.
– «Я тебя не люблю» знаешь? Я тебя не люблю, это главный мой плюс… – пыталась напеть рыжая, а, когда гитарист включил следующий рок-н-ролл, закричала. – Стой! Стой! Я пришла песню заказать!
Но гитарист уже пел, а трубач подыгрывал. Рыжая бесилась, и шатенка подошла успокоить и забрать подругу. В этот момент в бар снова зашёл пьянющий лысый мужик и, так как музыканты стояли прямо напротив двери, а девицы прямо напротив музыкантов, этот мужик сходу налетел на девушек, приобнял их за талию и расхохотался.
– Хотите выпить, красавицы? – с трудом выговорил он.
– Я ничего не хочу, – выбиваясь из его рук, сказала рыжая.
– Может быть?… – спросил лысый, глядя на шатенку и делая противоестественное ударение в слове «быть».
– А что вы предлагаете? – аккуратно освобождаясь от чужих рук, спросила шатенка.
– Посмотрим. Давай, – говорил мужик преисполненный распирающего чувства, от чего все его слова приобретали взрывной характер.
Рыжая ушла к себе за столик и, скрестив руки, стала изучать пол. А шатенка с пьяницей сели за стойку, где через минуту им налили по большому стакану разноцветного напитка. Администратор пристально следила за всеми движениями этого лысого и подозрительно косилась на шатенку. «Мотылёк» вставал из-за стола и собирался уходить. Бесшабашная попросила медленный танец, и, когда заиграли Knocking of the Heaven doors, она сказала гитаристу:
– А я буду представлять, что танцую с тобой.
Обняла себя за плечи и медленно вращалась вокруг своей оси, опуская руки всё ниже и ниже.
– Часто вы здесь играете? – спросила бесшабашная у гитариста, пока трубач играл соло.
– Нет, первый раз. Может, ещё будем когда-нибудь.
– А так вообще много играете?
– Когда как. Вы лучше в группу в «контакте» нашу зайдите. Группа «Грибра». Там вся информация.
– Хорошо, посмотрю, – улыбнулась она, и гитарист заиграл соло. «Мотылёк» направился к выходу. – Жаль, что ты женат, – еле слышно сказала она, глядя на обручальное кольцо гитариста, и тоже вышла из бара.
