— Милый, ты всё-таки вырвался! — обняла его мама. — Как я рада!
— Я тоже! Привет! — он обнял её, отца, а потом подозрительно воззрился на крайне довольную Лидию Андреевну, которая уже захватила переноску с Тохтамышкой и умильно ей улыбалась.
— Мааам, а на этот раз у нас никакого парада-алле не планируется? Ну, с картинным предупреждением? Честное слово, мне лучше словами сказать, я вменяемый, я пойму.
— ПАРАД не планируется! — чётко пообещала ему матушка, а он, наивная душа, не обратил внимание на особо выделенное первое слово.
Петр Иванович усмехнулся — старший сын всегда немного недооценивал женские интриги.
— А зря… — подумалось Миронову.
— Петенька, ты посмотри, какая ласточка! — Лидия уже добыла Тохтамышку и баюкала её в объятьях.
— Мам, эта ласточка — как бы… натуральная орлица в смеси с поросёнком и бобром! — хмыкнул уставший с дороги Николай, отстёгивая поводок Виня. — Вот эта парочка способна разнести в пух и прах любое помещение! Маа, я же официально предупреждаю.
— Милый… это ты сейчас кого пугаешь? Мать троих сыновей? — рассмеялась Лидия. — Орлов, поросят, бобрят и даже львят? Причём, всё это вместе и в каждом! Ладно, давай располагайся, а я пока буду наслаждаться приятным обществом твоей живности. Тем более, что скоро придёт Чегевара…
— Он у вас, что? По расписанию бывает? — удивился Николай.
— Конечно, — кивнул Пётр Иванович. — Че непременно обходит владения.
— С ума сойти! — Николай не очень-то понял, шутит отец или нет, но так устал, что даже вдумываться не было сил — дошел до кровати, разделся, почти на автопилоте, да так и уснул, пропустив эпохальное событие — знакомство здоровенного Че и крошечной Тохтамышки.
Появление на форточке окна в гостиной сгустка концентрированной темноты с двумя золотистыми глазами, Тохтамышка пропустила — блаженствовала на руках Лидии Андреевны, зато Че увидел Винь, и разумеется, поприветствовал радостным тявканьем.
Прошли и канули в Лету времена, когда Чегевара скитался по улицам, был худым, облезлым от недокормицы и превратностей жизни, многократно брошенным и преданным котом.
Теперь он — лоснящийся и сильный, ухоженный, здоровый и очень-очень красивый. А главное — любимый, нужный, хозяйский и защищённый со всех сторон и от всего мира!
Правда, ничего не позабывший и разом узнавший в этом крошечном перепуганном котёнке что-то напоминающее его самого — печать памяти улицы, след от пережитого страха и краешек прошлой неуверенности.
Мироновы переглянулись и молча наблюдали, как здоровенный и красивый котище их среднего сына обнюхивает, потом осторожно касается носом зажмурившейся и приготовившейся шипеть Тохтамышки, а затем…
Она подставила лоб в надежде, что её ещё полижут, и через несколько минут уже блаженствовала. Мышка даже осмеливалась немного побаловаться, когда Че вылизывал ей уши. А он придерживал хулиганку лапой и ворчал о том, что таких котонеряшек он давненько не видывал.
— А вот так… — улыбнулась Лидия Андреевна. — Чужой кот иной раз ласковее и добрее людей.
— Какой же он чужой? Он — свойский! — не согласился её муж. — И да… я хотел уточнить, а что у нас такое планируется, если не ПАРАД?
— А вот не скажу! Не мой секрет, — Лидия как кошка блеснула глазами, заслужив полное одобрение Че.
«Секрет» приехал, точнее, приехала ещё позже Николая.
— Даш, привет! А ты чего такая расстроенная? — Милана специально для подруги пекла её любимое песочное печенье, так что в кухне их дома уютно пахло ванилью. — Устала с дороги?
— И с дороги, и вообще, ты извини, я какая-то… сварившаяся за последнее время, — Даша закончила огромный пласт работы, уладила миллион производственных проблем. Да мало этого — вдребезги разругалась с навязчивым блондинистым ухажером, перешедшим в такое плотное наступление, что казалось, он всюду! Что ты буквально по колено в нём завязла!
— Веришь? Плюнуть некуда, везде Артёмочка. Нет, я всё понимаю… он симпатичный, семья хорошая, карьера у него, и прочее, и прочее… но не лежит к нему сердце, хоть плачь! А он меня в упор не слышит. Ну, Милуш, как это можно не понять? Я ему напрямую говорю, что не хочу с ним быть, что не люблю его, а он отвечает, что, мол, главное — он меня любит, остальное приложится!
— Что ты мне рассказываешь? Я Артёма знаю преотлично! Мы же учились в одной школе… — Милана прекрасно помнила высокого, уверенного в себе паренька, на год их старше.
И мало того, что помнила, ещё и знала о нём кое-что важное…
