— Скорее здравого смысла… Вы же понимаете, на самом деле, никаких доказательств вреда моему здоровью нет и быть не может — я не пил ту гадость. Да даже если бы и пил… прошло столько времени. Ни анализов, ни медицинского освидетельствования нет. Объяснить, где я был всё это время я не могу, свидетелей представить тоже. Ну, ладно, это можно ещё списать на краткосрочную потерю памяти, но мне-то зачем огласка на всю страну? Репутация актёра с проблемами со здоровьем… знаете, это слишком дорогая цена для того, чтобы доставить как можно больше проблем Софье Калязиновой. Лидия Андреевна попросила меня отвлечь Соню от Николая, и как я понимаю, эта просьба мною была полностью выполнена!
— Да, без сомнения! — подтвердил Хантеров. — Значит, с Калязиновыми заключено мировое соглашение?
— Именно. И да, разумеется, с приличной выплатой пострадавшему, то есть мне! — Соколовский довольно хмыкнул, отлично осознавая, что подробности известны Хантерову преотлично. — В конце концов, мне есть куда потратить эти деньги…
— Машина? Яхта? — Хак даже не поругался на себя — ну никак ему не удавалось придержать язык — очень уж хотелось подразнить актёра.
— Нет, ветеринарная клиника и специализированное детективное агентство.
— Что? — Хак мог ожидать чего угодно, но только не этого.
— Покупка ветеринарной клиники, — терпеливо объяснил актёр. — У меня, видите ли… хобби — люблю вкладывать деньги с толком и смыслом.
— Ээээ, ну, хорошо, это я понял. А детективное агентство?
— Это ещё проще — у нас полно детективов для слежки за людьми, но… пропажа, к примеру, собаки или кота уже большая, огромная проблема. Причём, именно для хозяев. Вот когда я… пропал, меня чуть не толпой искали. А сбежавшего пса разыскивает только владелец. А если будет агентство, которое возьмёт на себя эти заботы, волнения и беготню? Да, разумеется, за плату, но уверен, эта услуга будет востребована.
— Вы меня поразили! — Хантеров действительно не ожидал такого креативного мышления от актёра. — Интересно, а проблему с агентом вы тоже будете решать также… оригинально?
— Да я её уже решил, — развёл руками Соколовский.
— И кого же вы наняли? Нет, вы не подумайте, вопрос не праздный — Пётр Иванович просил уточнить, не против ли вы сняться в рекламных роликах для нашего концерна?
— Надо посмотреть, что за ролики, — улыбнулся Соколовский.
— Разумеется, вот мне и интересно, кто теперь будет этим заниматься? Кому присылать сценарии и условия?
— Моего нового агента зовут Василий, — сообщил Соколовский, — Вообще-то он мой коллега, но из-за нетипичной для наших широт внешности, у него ограниченный круг ролей — вот Отелло он играет превосходно, но во всём прочем ему сложновато подобрать репертуар. А как агент он роскошен — всех знает, весьма запоминающийся, с прекрасным характером — с ним легко общаться. Да, ко всему прочему, он весьма подкован в деловом плане — уже подрабатывал агентом.
Когда Николай Миронов что-то РЕШИТЕЛЬНО делал, то лучше было постоять в сторонке и полюбоваться — любуются же люди ревущим потоком водопада или ураганом, разумеется, из надёжного укрытия.
Именно таким укрытием был мироновский дом, в котором Даша с полным самообладанием заваривала чай, краем уха слушая рёв любимого человека.
— Какого ты тут забыл? Ты что с машиной должен был делать?
Невнятное бормотание провинившегося и пойманного было почти неслышно — ещё бы… он же на соседнем участке находился.
— Зато Коленьку до Александрова слыхать! — сообщила Даша Виню, насторожившему чёрные уши. — Любо-дорого! Никаких вам непонятных разговоров — всё однозначно ясно! Взял человек самосвал и самосвалил куда-то. Бедняга, это он так напрасно!
Дашка сама попыталась уточнить, что происходит, но была решительно задвинута женихом из зарождавшегося локально-ремонтного конфликта. Задвинута ему за спину, кстати.
— Даш, ты иди домой. Мне тут рррразобррраться надо! — прогудел Николай.
— Короче, надо поругаться, а я тебе мешаю? — догадливо уточнила Даша.
— Именно! — обрадовался Николай. — Иди домой, а? А я вопросы порешаю и к тебе приду.
Суть «порешаемого» вопроса состояла в том, что черновой ремонт в свежекупленном доме, куда срочно надо было переселиться Фёдору Семеновичу, по договорённости должен был сделать Николай.
И всё бы ничего, но вступили в силу ремонтно-подлые закономерности:
Если что-то может упасть — оно упадёт и разобьётся. Причём, именно то, что достать срочно сложновато, а нужно оно позарез.
Если материалы могут привезти не те, это будет сделано именно так. Причём «те» на складах уже закончились, а когда привезут — никто не в курсе.
Если контейнер для мусора, заказанный к привозу ещё вчера, можно каким-то непостижимым образом завезти в соседний район — он туда и поедет, а без него дорога оказывается перегорожена кучей сгнивших досок и всякой ерунды из ремонтируемого дома.
Если водитель самосвала может решить, что по дороге к заказчику может покалымить, он это сделает, и не важно, что опоздает в пункт назначения на четыре с половиной часа.
